Белая смерть

Рядом расположились двое австралийцев, англичанин с женой, швед, писатель и капитан Финнерти.

— Присаживайся, Деннисон, — позвал его Джеймс. — Ты со всеми знаком?

Деннисон кивнул, отыскал свободный стул и заказал себе то же, что пили все — «Том Коллинз».

Говорил Финнерти:

— Значит, ты собираешься обосноваться в этом полушарии, а, Джимми?

— Ага, — ответил Джеймс. — Через какое-то время Восток становится у тебя поперек глотки.

Англичанин и его жена страстно закивали, соглашаясь, а Финнерти рассмеялся. Он повернулся к австралийцам.

— Вы, ребята, должно быть, считаете, что пережили кучу приключений? Вот этот старый капитан — один из самых знаменитых путешественников нашего времени! Кэп, почему бы тебе не написать книгу о своих приключениях? Да не одну, а по меньшей мере дюжину?

Джеймс усмехнулся и покачал головой.

— Расскажи им, как было дело с теми кули, — настаивал Финнерти. — Тогда, в Ост-Индии.

— Этим ребятам будет скучно выслушивать бред старых дураков, — ответил Джеймс. Но он был явно польщен, и австралийцы без труда его уговорили. Джеймс откинулся на спинку стула, раскурил сигару и заказал по новой для всей честной компании.

Он подождал, пока установится полная тишина.

— Я считаю, что ничего особенного в этой истории с кули нет. Подобные случаи в те времена не были редкостью. Давно, двадцать пять лет назад. Я тогда был совсем мальчишкой. Это случилось в Куала-Риба.

6"

"В тех краях, которые назывались Голландской Индией, а сейчас стали Индонезийской республикой. С голландцами было приятно работать. Я сам наполовину голландец. Я управлял каучуковой плантацией в диких джунглях, на берегу грязной речушки, которая текла в море Флорес.

Я был единственным белым на сотни миль окрест. У меня имелся помощник — наполовину голландец, наполовину яванец. Пока дела шли хорошо, он вел себя спокойно. Еще там жили четверо полицейских-яванцев — они следили за порядком, и несколько сотен китайских кули, работавших на плантации.

В то время каучук приносил солидный доход. Я был молод и полон энергии, и я действительно поклялся кули, что хорошо им заплачу. Хотел произвести впечатление. Молодым соплякам это свойственно.

Да, лучше бы я вообще никогда не связывался с этими кули.

Это были ребята из Кантона, и они черт знает сколько лет в глаза не видели женщин. Яванцы были, впрочем, довольно спокойные парни, с ними вполне можно было ладить. Но китайцы, особенно те кули, что происходили из окрестностей Кантона, были помешаны на общественной и политической сознательности. Собственно, по-моему, все эти китайцы были отъявленными коммунистами. И они у меня вкалывали на совесть, не разгибаясь — уборка каучука, сами понимаете.