Белая смерть

А когда ты лицом к лицу с опасностью — остается только делать лучшее, на что способен, чтобы поскорее с ней разделаться.

— Или погибнуть, — добавил Финнерти.

— И то правда, — согласился Джеймс. — Но если тебя в самом деле пришкопят — так что? Может, мир без тебя будет только лучше? Но пока ты жив, ты продолжаешь встречать лицом к лицу все неприятности, какие сваливаются на твою голову, и делать то, что считаешь правильным.

Швед спросил:

— Но как быть, если не уверен, прав ли ты на самом деле?

— Я всегда уверен, — усмехнувшись, ответил Джеймс.

— Да ну? Тогда вы оч-чень необыкновенный человек.

В большинстве из нас гнездится червь сомнения…

— Вы говорите прям как тот пастор, — сказал Джеймс.

— Я не пастор, — отрезал швед. Его тяжеловесное лицо закаменело. — Просто я иногда задумываюсь о морали, этике, о правах человека…

— Понятия не имею, о чем это вы таком толкуете, — перебил его Джеймс. — Вся эта дребедень — для священников и университетских профессоров. А я — человек простой, может, малость недалекий, и мне вполне хватает собственного мнения.

— Да любому хватает! — вмешался Деннисон.

Финнерти и австралийцы дружно кивнули.

Швед, казалось, смутился. Деннисон подумал, что, может, он вспоминает сейчас о том парне, который выпал из его яхты в Скагерраке? Может, швед в миллионный раз прокручивает в уме все, что сделал, чтобы спасти бедолагу, вспоминает каждую минуту промедления? Вправду ли он сделал все, что было можно? И — хватило ли этого?

— Но откуда вы знаете, что вы в самом деле правы? — снова спросил швед.

Капитан Джеймс пожал плечами.

— А черт его знает! Мои мозги включаются в работу, и я просто делаю то, что должен, вот и все. Если ты в себе уверен, как же ты можешь быть не прав? И если даже ты умрешь, в этом нет ничего позорного.

Конечно, если ты умер правильно — выпрямившись во весь рост и не отступив ни на шаг перед опасностью.

Путешественники кивнули, все, как один, будто присяжные, услышавшие справедливый приговор судьи. Швед тоже кивнул, правда, не сразу. Похоже, он не нашел того ответа, который искал в уверенности капитана Джеймса.

Джеймс снова заговорил, чуточку растерянно:

— А собственно?.. К чему все эти разговоры — кто прав, кто не прав, и как да почему что-то творится у меня в голове… Кто, к чертям собачьим, вообще это знает? И кому это нужно? Знаете, парни, если хотите — сами тут поболтайте про это.

А мне пора.

Он повернулся к Деннисону.

— Ты глянь на якорь, когда придешь на яхту, ладно? Ну, все, всем спокойной ночи.

Капитан Джеймс встал и вышел из бара.

Какое-то время все молчали, заново наполняя стаканы. Потом Финнерти сказал:

— Я же говорил вам — он стоящий парень! И это еще не самая крутая его история. Причем все — чистая правда!

— В самом деле? — поинтересовался швед.