Белая смерть

Деннисон подумал, что говорить об истинных причинах не стоит. Он промолчал.

Неожиданно Джеймс повернулся на живот и снова поплыл к яхте.

— Я возвращаюсь на борт, — сказал он. — Мне все это надоело.

Капитан до сих пор не желает поверить в то, что с ним произошло. Жаль. И все же, как ни странно, его упрямство не позволяло Деннисону полностью ощутить серьезность ситуации. Когда Джеймс подплыл к вантам с левого борта, Деннисону показалось, что капитану просто захотелось искупаться, а его матрос глупо подшутил над ним, и, конечно, сейчас он взберется на палубу и все будет хорошо.

Но это была не шутка. Деннисон двинулся к вантам, не отставая от капитана. Когда Джеймс подплыл к борту кеча, он ударил его багром. Джеймс попытался ухватиться за конец багра, но Деннисон был быстрее. Следующий удар угодил капитану в плечо, ободрав кожу. Капитан отплыл, тяжело дыша.

Кеч продолжал медленно раскачиваться, паруса хлопали, блоки скрипели. Капитан лег на спину и полежал, переводя дыхание, лицом к заштилевшему кечу, в каких-то двадцати футах от него. Деннисон присел на крышу рубки, он ждал, когда поднимется ветер.

Через несколько минут он почувствовал легкое дыхание бриза.

Деннисон побежал на кокпит и, работая рулем, как длинным веслом, повернул кеч так, чтобы поймать ветер с кормы. Бриз иссяк прежде, чем он успел повернуть яхту. Следующий порыв ветра пришел с носа корабля.

Деннисон снова развернул «Канопус». Но и этот ветер утих, а следующий порыв наполнил паруса с противоположной стороны. Джеймс подплыл поближе, почти на пятнадцать футов, как раз настолько, чтобы не бояться получить багром по голове, и остановился, выжидая.

Деннисон проклинал переменчивый ветер.

Но он понимал, что этого следовало ожидать. В этих широтах долгий штиль не редкость. Ему следовало выбросить капитана за борт раньше или подождать, пока они минуют Бермуды и подойдут к Гольфстриму.

Кеч медленно кружил на одном месте. Небо над головой сияло голубизной, ни малейшего намека на облако. Человек на яхте не сводил глаз с человека за бортом. Человек за бортом смотрел, не отрываясь, на человека на яхте.

2

Часы Деннисона показывали тридцать пять минут второго. Солнце обжигало его и без того обгорелую шею, руки, ладони и медленно поджаривало через тонкую ткань рубашки.

Но беспокоиться о солнечных ожогах было некогда. Следующий порыв ветра поднял зыбь на волнах. Паруса наполнились. Ветер не утихал.

Деннисон подождал. Яхта двинулась вперед.

Внезапно он осознал, что Джеймс исчез из поля зрения. Встревожившись, он пошарил взглядом по воде, но по левому борту капитана не было. Деннисон вскочил на крышу рубки и огляделся. Никаких следов Джеймса! Неужели он отказался от борьбы и мирно утонул?

Тут Деннисон заметил что-то розоватое.