Белая субмарина: Морской волк 4-6

Вот отчего русской автономии быть не может, в отличие от какой-нибудь, например, эстонской? Потому что наш порядок, наш закон, наша правда по всему Союзу, а все прочие могут существовать лишь в той мере, в какой нашей не противоречат. И кто по-нашему живет – тот наш, русский, советский человек, будь он по крови хоть армянин, хоть таджик."

"Так замполит наш сказал. А ему, получается, кто-то свыше, линия Партии такая. И нам, выходит, задача поставлена проведение ее обеспечить, на все земли и народы, которые товарищ Сталин решит в эту линию включить.

Мурманск, британская военная миссия.

20 августа 1943 года

– Итак, Дженкинс, что вышло из вашей очередной «гениальной» идеи? Не делайте оскорбленного лица, я отлично знаю, с чьей подачи кое-кто наверху решил форсировать события. Вот только вы забыли, что отвечать по итогам придется мне. Так что я должен написать в докладе?

– Но, сэр, согласитесь, что при прежней тактике мы могли бы собирать информацию, как русские говорят, «пока рак на горе свистнет»!

– А над чем, черт возьми, работали наши аналитики, едва ли не круглые сутки?

– Сэр, информации много, но в то же время она неполная, сомнительной достоверности и часто противоречивая.

На ее основании нельзя было составить определенной картины. И смею заверить, у кого-то наверху тоже лопнуло терпение. Не скрою, мое мнение имело некоторый вес, но решал не я…

– То есть вы действительно посылали в Лондон доно… доклады, которых я не только не читал, но даже не знал об их существовании? С вашими приятелями из экипажей транспортов, а иногда внаглую злоупотребляя своими служебными полномочиями? Надеясь при успехе все приписать себе, а неудачу свалить на меня? Что ж, я постараюсь, чтобы вас законопатили в такую дыру, что русский Молотовск покажется светочем цивилизации.

Например, Мадагаскар или остров Святой Елены – и будет это ваше назначение пожизненным, как для того корсиканца. У вас есть что сказать в свое оправдание – выслушаю вас, в самый последний раз!

– Сэр, замечу, что основная вина лежит на парнях из УСО, которые привыкли всюду действовать, как на вражеской территории. Они же понесли все потери, предотвратить которые мы никак не могли. Кто же знал, что к борту этой русской «моржихи» даже подплывать опасно? Я не прошу ничего для себя, но настаиваю на посмертном награждении лейтенанта Вэнса, который все же достиг цели и вернулся с удачей, даже ценой собственной жизни.

– С ним действительно было так, как вы написали?

– Точно так, сэр. Обваренный, обожженный кислотой, отравленный ею, он почти вернулся назад, с взятыми пробами! Это какой-то ужас – в лаборатории сказали, что там даже не раствор плавиковой кислоты в воде, а вода, примешанная к кислоте.