Белая субмарина: Морской волк 4-6

Коммодор отдал приказ – и как же мы тогда славно им врезали! «Аттилио» на полном ходу, с предельной дистанции мы всадили полный залп прямо в нос! Ему тут же не до транспортов стало – пожар у него на носу разгорелся, вода стала заливать носовые отсеки – и макаронник побежал, вернее, пополз прочь! А мы успели пустить на дно и подбитый эсминец – эх, будь у нас хоть полчаса времени и лишних пять узлов скорости, ни один бы не ушел оттуда, да! Вояки же из макаронников – за почти пять часов боя не добились ничего, счет был даже с нашим перевесом: один эсминец за два фрегата, но еще поврежденных три крейсера, да и «Роме» пока досталось больше, чем нам!"

"И тут разом стало всё плохо, даже очень плохо.

Беда была в том, что мы уже разрывались на части – и всё равно не могли успеть повсюду, слишком много было врагов, и все они заходили с разных направлений. Одному богу известно, что делали наши механики с машинами и котлами, но «Рамиллис» разгонялся временами до двадцати узлов, как на приемных испытаниях! И всё же этого не хватало. Правофланговый дивизион итальянцев, во флагмана которого мы всадили залп еще в начале, всё же не вышел из боя, а почти разойдясь на контркурсах, повернул и шел следом за конвоем. Затем, воодушевясь тем, что «Рамиллис» сражался в голове строя, макаронники сократили дистанцию, даже подбитый крейсер мог всё же легко держать двадцать узлов. И «Хантер» оказался в пределах досягаемости его орудий, а эскортники правого фланга прозевали это опасное сближение – хотя могли бы и отвлечь огонь на себя, и прикрыть авианосец дымзавесой! Итальянцы сначала стреляли очень плохо, но один шестидюймовый снаряд всё же попал. И по рассказам видевших этот бой, «Хантер» не загорелся, повезло, но в пробоину в носу вливалась вода, и ход сразу упал до семи узлов – корабль отчаянно старался удержаться в строю, но безнадежно отставал от стада, а сзади уже щелкали зубами догоняющие волки. И по мере того как итальянцы сокращали дистанцию, их огонь становился всё более точным, и это было страшно – эскортному авианосцу попасть под огонь главного калибра крейсера. На «Хантере» не было ни брони, ни артиллерии, самолеты он все выпустил в атаку, а те четыре, что успели вернуться и сесть, еще не были заправлены и подготовлены к взлету. А в трюмах – огромное количество бочек с авиатопливом, снаряды и бомбы для самолетов… Бедные парни, как же тяжко им пришлось. А мы уже ничем не могли им помочь, мы не успевали, да. Эскортники правого фланга, «Дикий гусь», «Вальдшнеп», «Дарт» и «Твид», шли на помощь – вот ирония, что «Хантер» – «охотник» – ждал помощи от «Вальдшнепа» и «Дикого гуся»! Но ясно было, что авианосец обречен, и речь идет лишь о том, чтобы, на время задержав врага, снять с корабля шестьсот сорок человек экипажа.