Белая субмарина: Морской волк 4-6

При чем тут Красная империя и мировой коммунизм? Мы всего лишь ищем и наказываем фашистских пособников и палачей – ну, а что девяносто девять процентов тех, кто за «ридну самостийну» хоть Украину, хоть Литовщину, хоть Польшу, и в сотрудничестве с Гитлером по уши замазались, и сами принадлежат к кулацко-помещичьему классу – так это просто совпадение! Их всех изымем – и пойдут оставшиеся стройными рядами и колоннами вперед и с песней к самому передовому общественному строю!

Мы, после того дела, когда сестру Рокоссовского вывозили, еще один раз ходили на ту сторону – обеспечивали переправу.

Сначала разведали, затем поработали корректировщиками, я даже ни одного фрица не пристрелил. Для «винтореза» дистанция нужна метров сто – сто пятьдесят, но не дальше – а когда по немецкому «шверпункту» массированно работают «катюши», то и за четыреста метров очень неуютно в яме лежать. А после еще штурмовики по фрицевской обороне впереди бросали напалм и кассетные бомбы, тут вообще господи помилуй – ночью запросто можно промахнуться метров на семьсот! Это не Петсамо, где наши должны были снаряды экономить, и оттого вперед посылали нас – для корректировки и еще снайперками выбить важные цели: наблюдателей, посыльных, телефонистов, да хоть тех, кто захочет убежать. А ведь года еще не прошло, это выходит – от Волги до Вислы дошли в меньший срок и с меньшими потерями! Хотя со снарядами не совсем еще хорошо, 76-миллиметровых хоть залейся, а более крупные калибры в артподготовке участвуют слабо, лишь по важным целям. Выручают «катюши» и тяжелые минометы, наверное, их национальным оружием Советской Армии назовут. По полевой обороне, дзотам, блиндажам, траншеям работают выше всяких похвал, но корректировать их огонь, особенно ночью, занятие точно не для слабонервных, рассеяние при навесном огне большое, а «Краснополь» лишь в начале семидесятых появится. А «осетр» калибром двести сорок и в полтора центнера весом при попадании оставляет яму на месте любого блиндажа, и получить это себе на голову при недолете – никакое укрытие не спасет.

– И всё пока! Вы подводный спецназ, инструмент дорогостоящий, чтобы его в мясорубке уличных боев расходовать и перед Ставкой отчитываться, если кого-то убьют, – генерал, командир корпуса так и сказал, и добавил: – Еще Одер впереди, там поплаваете.

"

"Сидим в Праге, заняли целый особняк, относительно уцелевший, а в соседях Особый отдел корпуса – в доме, похожем на наш, так что мы, на взгляд непосвященного, то ли охрана, то ли отряд быстрого реагирования при особистах. Пользуемся относительным отдыхом – и вот, сначала арабы, затем Пономаренко.