Белое пятно

может, партизаны? А что, если они нашли у меня ""справку?"" по-настоящему ужасается он. - Что я им скажу?

Не поверят... Как же узнать, кто они? Ничего, ни слова определенного первым не говорить. Не отвечать прямо ни на один вопрос... Даже тогда, когда они будут признаваться, кто такие. Даже тогда... До тех пор, пока не будет убедительных, твердых доказательств!""

Резко очерченные губы кривятся в еле заметной улыбке:

- Гордый... Даже не отзывается.

- А может, он еще оглушен? Может, дать ему воды? - слышится молодой голос сбоку.

- Почему бы и нет?.. Воды не жаль.

Кто-то рукой поддерживает ему голову.

Левко не отказывается, пьет. Вода капает из обливной кружки, стекает по подбородку на шею. Напившись, Левко откидывает голову на сено, крепко зажмуривает глаза. Какой-то неведомый до этого страх холодит ему сердце. От сознания этого страха на душе у парня тоскливо и муторно, ему становится стыдно самого себя...

Некоторое время все молчат. Лишь немного погодя - тот же хрипло-глуховатый басок:

- Так что же ты, так и будешь безмолвствовать?

- А где я? - решается наконец Левко.

- Сам должен знать, куда тебя несло. Никто тебя сюда не звал.

- А вы кто такие?

Молчание.

Потом еле слышное коротенькое ""гм"", за которым кроется, вероятно, скупая ироническая улыбка.

- Вот что... голубь сизокрылый... Задаем вопросы здесь мы. А твое дело только отвечать.

- Я ничего не буду говорить, ни слова, пока не узнаю, где я и кто вы...

- Гм... героический парнишка! Надолго ли только хватит твоего героизма? А нам с тобой возиться недосуг...

Лучше бы говорил по-хорошему. А то, когда шлепнем, разве лишь деве Марии будешь рассказывать. Тебя кто послал? Дуська? Туз? Или сам Мюллер?..

Левко молчит, не отвечает. Но эта немецкая фамилия.

.. Мюллер... Тогда получается... он у партизан... но в чем же они его подозревают? Мюллер? Неужели?.. Неужели они нашли его распроклятую ""справку""? Возможно.

Возможно, нашли, а возможно, и нет. Во всяком случае, он должен молчать до тех пор, пока не удостоверится окончательно... Мюллер... Ох, черт, как ломит затылок!..

Интересно, чем это они его так угостили?..

- Так что же, будем молчать?

- Я сказал, - тихо, но твердо отвечает Левко.

- Ну... дело твое... Только запомни, времени у тебя не так уж и много. Только и успеешь в грехах исповедаться и покаяться.

Посиди, остынь да подумай, пока мы добрые.

Лампа плывет куда-то вверх и исчезает.

Цепкие сильные руки хватают старшину за плечи и тащат куда-то в сторону. Усаживают в углу, спиной к стене. Напротив, высоко вверху, в нише лампа. Фитиль прикручен... Двое - один, щуплый и невысокий, и второй, массивный и плечистый, - неслышными тенями промелькнув перед его глазами, пропадают в темном отверстии.

Они не появлялись очень долго. Левко сидел в полутьме, медленно привыкая к фантастическому свету, осваиваясь в незнакомом помещении.