Белоснежка для Его Светлости

— О, Жанна! — сократив мое имя до ранее не использованного варианта, улыбнулась Тиль. Поверх ее влажных волос было накинуто полотенце, из чего я сделала вывод, что пока мы знакомились с Ярой, компаньонка успела не только освежиться с дороги, но и голову помыть. Оперативно, ничего не скажешь. — А мы тут с леди Лиам завтрашнюю свадьбу обсуждаем, — все так же широко улыбаясь, подмигнула мне блондинка.

— С кем?! — округлив глаза, переспросила я.

— Леди Уна Лиам, — представилась женщина, — а ты кто такая?

Я же вовремя сообразила, что задумала Клотильда, и, пожав плечами, повторила:

— Жанна.

Думать о том, что у моего будущего муженька тут гарем не хотелось. Да и предупредили бы меня об этом. Или все‑таки нет? А вдруг это его бывшая, у которой семеро по лавкам плачут и обвиняют меня в разрушении семьи? Нет, не может мне НАСТОЛЬКО не повезти. Тогда кто? Мама? Отлично сохранившаяся в условиях морского климата. Или, как и я для Кайлина, — любимая младшая сестра? Но почему тогда я о ней раньше ничего не слышала? Брат вроде у Лиама был, помню. Или все же это была сестра? Аш-ш-штарэт окаянный! Следовало не хандрить последние дни, а изучать биографию жениха! Тогда бы точно знала, что за рыжие змеюки у него в роду водятся.

— Что ж, Жанна, — скрестила на груди руки «змеюка».-Я тут пытаюсь объяснить твоей подруге, чтобы она не обольщалась, ибо хозяйкой в этом доме ей все равно не стать.

— Почему же? — поинтересовалась я, оценивающе разглядывая леди света. Она меня раздражала, но не настолько, чтобы психовать. Поэтому затеянную Тиль игру я поддерживала без особых усилий.

— Потому что хозяйство веду я! — гордо заявила Уна.

Уна оказалась высокой… очень: где‑то на полголовы выше меня. Ее длинные прямые волосы были собраны металлическими зажимами в низкий хвост, как и у эррисара. Но больше всего меня впечатлило платье: узкое сверху и расклешенное от бедра, но без каких либо нижних юбок, отчего тонкая ткань при каждом движении весьма откровенно облегала женскую фигуру с довольно выдающимися формами. Лицо же у рыжей было… породистое. И я бы даже назвала ее привлекательной, если б не поведение.

— А! Так ты экономка! — прикинулась дурочкой я, заодно и перейдя на «ты», как сделала она. То, что я снежная леди, Уна видела прекрасно по серебристым прядям на моих висках, так что тыкать мне с ее стороны было, по меньшей мере, невежливо. А раз уж она начала, чем я хуже?

— Я не экономка! — взвилась женщина, подскочив ко мне. — Я законная жена Лиама! — и сунула мне под нос руку, на безымянном пальце которой красовался перстень с большим желтым камнем.