Белоснежка для Его Светлости

Даже если Закария неверно истолкует ее визит и воспользуется ситуацией, что ж, во-первых, она узнает, какого это заниматься любовью с монстром, а во-вторых… проще будет потом женить на себе провинившегося милорда. Если же они со Снежкой все‑таки вернутся домой, то она всегда сможет оправдаться жестоким обращением демонов с пленницами, если это вообще потребуется. Девственность в браках Алин-тирао давно уже являлась желательной, но совершенно не обязательной характеристикой невесты. Так что рискнуть ею для достижения великой цели Тиль могла, хоть и не собиралась.

Помещение, в котором она очутилась, напоминало гостиную. Украшенный статуями монстров камин с потрескивающими поленьями, ряды свечей на полках с пляшущими язычками рыжего пламени, напольные канделябры, ковры, низкий стол с чащей, полной фруктов, диваны с множеством атласных подушек и две задернутых шторами арки, ведущие в соседние комнаты. Причем из одной доносилась медленная музыка, настраивающая на романтичный лад. Вот только Клотильде сейчас было не до романтики. Повертевшись на месте, она глубоко вздохнула, набираясь смелости, и громко позвала:

— Милорд Гримм? Прошу извинить меня за столь позднее вторжение, но дело не требует отло… — и запнулась, заметив чешуйчатую морду выползающего из‑за дивана чудовища.

Оно было размером с огромную собаку, даже больше-с теленка! Но приземистое, длинное, как крокодил, которого блондинка видела на картинках книг о заморских краях, с острыми шипами на спине и локтях, и с оскаленными зубами, походившими на мелкие клинья. Существо двигалось практически бесшумно, не сводя внимательного взгляда полуприкрытых тонкими веками глаз с визитерши и, медленно приближаясь, начинало тихо, но уверено рычать.

Тиль застыла на месте, как вкопанная, боясь шевельнуться и спровоцировать ящера на агрессию. Ведь если это эррисарский «пес», то его целью является поймать нарушителя территории, верно? Или все‑таки загрызть? От панических мыслей девушке стало совсем плохо: колени задрожали, ладони вспотели, а голос пропал. Желание развернуться и броситься наутек с каждой секундой росло. Останавливало лишь понимание, что далеко она не убежит-гибкий опасный зверь настигнет жертву в два счета и вряд ли просто порычит, скорее, покусает для надежности или и что‑нибудь похуже. Когда страх блондинки практически достиг своего пика, и она уже была готова рухнуть в спасительный обморок, одна из штор отодвинулась, и в гостиную вошел хозяин замка.

— Гм, — только и смог выдавить он, глядя на бледную как мел блондинку, которую обходил по кругу его домашний любимец Трот. И так хороша была одетая в сиреневые шелка девушка в этот момент, что нарушать картину не хотелось.