Белоснежка для Его Светлости

Мелькнула мысль, что можно, используя момент неожиданности, попробовать убить этого самодовольного царька, так опрометчиво явившегося без охраны в ее палату, но женщина тут же ее подавила, понимая, что даже в случае удачи живой отсюда не выйдет. Да и подставлять малышку, ради спасения которой она совершила столько сумасшедших поступков, мать не хотела. Поэтому и отвела взгляд, чтобы гость не прочел ничего лишнего в ее глазах.

— Приятно познакомиться, милорд, — проговорила вежливо, но подниматься, чтобы сделать реверанс, не стала. Да и приятно ей не было, разве что от близости дочки, сосредоточенно листавшей взятую с кровати «Историю Шеасса», где было много тематических иллюстраций.

— Мама, мама, смотри! — воскликнула Алиса. — Мы были в этой башне! Мишка показывал нам большущую книжку, там была нарисована ты!

— Правда? Как интересно, — улыбнулась Регина и, не сдержавшись, снова притянула малышку к себе, чтобы чмокнуть в темноволосую макушку.

Если бы наместник не продолжал сидеть в кресле, рассматривая ее, как какой‑то диковинный экспонат, чудом попавший в его коллекцию, она зацеловала бы малышку и затискала в объятиях, рассказав ей, как сильно скучала, а заодно и расспросив, как жилось тут ее дочери.

— Алиса говорит про замок повелителя и гриморию, которая там раньше хранилась, — сказал Закария. — Если хотите, я мог бы организовать вам экскурсию перед возвращением домой, — предложил он и тут же поддел, клыкасто ухмыльнувшись: — Если, конечно, пообещаете, не натравливать на мирных жителей всех встречных животных.

Светлые глаза блондинки сверкнули, выражение лица стало холодным и немного хищным, а обращенный на собеседника взгляд-колючим.

— Любая мать пошла бы на все, чтобы вернуть свое дитя или отомстить за него, если возвращение невозможно, — проговорила она, гордо вскинув подбородок.

— Как и любой отец пошел бы на все, чтобы спасти своего ребенка от проклятия, — ответил Гримм.

— Я слышала вашу историю от милорда Дэйрара, Ваша Светлость.

— А я понимаю причину вашей ненависти, леди Грэй, и ценю то, что вы стараетесь ее подавить, общаясь сейчас со мной.

Блондинка нахмурилась, недовольная тем, как легко он раскусил ее эмоции а оборотень продолжил:

— Не будь вы красивой женщиной и матерью, чья любовь к дочке и безрассудная смелость, граничащая с самопожертвованием, лично у меня вызывают восхищение, мы бы разговаривали совсем в другой обстановке. Вы ведь это понимаете?

— Более чем, — сухо ответила Регина, инстинктивно обняв себя руками за плечи, словно пытаясь защититься, но тут же сообразила, что это проявление слабости, и сменила позу.