Белоснежка для Его Светлости

Я слушала и думала, как же это, наверное, больно было, когда та, кого ты безумно любишь, сбегает с другим за несколько дней до назначенной свадьбы. Неудивительно, что эррисар света зарекся жениться вообще, и, если б не история с демонами, остался бы верен своему решению. Любовь… как можно так быстро перевлюбиться? Или те чувства, что было до встречи с темным магом, действительно лишь казались настоящими? А может, ее приворожили, и когда она все поняла, было уже поздно? Последняя мысль мне совсем-совсем не понравилась. И не потому, что я посочувствовала Регине. Скорее уж, себе.

Ведь одно дело, когда на горизонте появляется бывшая возлюбленная, которая счастливо замужем за другим. И другое-когда она жалеет о разрыве с тем первым, кому не только разбила сердце, но и опозорила его перед семьей, подчиненными, соседями-да перед всем крылом! Где это видано-бросать жениха перед алтарем?! Некрасиво, жестоко, низко… даже если виной тому внезапно нагрянувшее светлое чувство.

— И как он это пережил? — спросила я, когда молчание собеседницы затянулось.

— Сначала много пил, потом пару суток где‑то шатался, улетев на виверне, а когда вроде как оклемался-едва не погиб на задании, позволив монстрам с изнанки зажать себя в угол.

Если б не мы с Ингольвом, крылом бы сейчас управлял Дьяр или тот, кто бросил бы ему вызов и смог победить. Короче, плохо он пережил потерю Регины.

— Предательство, — тихо прошептала я, но Эннарин не отреагировала, погруженная в воспоминания.

— Несколько лет вообще нормальных женщин к себе не подпускал, довольствовался шлюхами с побережья…

— Опустим подробности, — попросила я, и на этот раз меня услышали.

— Потом привез с материка близняшек, которые его полностью устраивали в качестве в роли неприхотливых любовниц.

А он устраивал их.

— Зачем тогда связался с Амелией? — хоть тема мне и была неприятна, от лишней информации я решила не отказываться. Когда еще такой случай представится?

— Уна их свела. Тетка под ее дудку, как собачка ручная, пляшет. Вот и решила, видать, подсунуть эррисару в постель ту, кем можно вертеть, как ей вздумается. Об циркачек‑то она дубки пообломала, эти две девицы себе на уме, — и, заметив, как я, не сдержавшись, все‑таки скривилась, усмехнулась: — Не воспринимай близко к сердцу, Снежана.

Любовницы для Варга как вещи, удобные и красивые, но не достаточно ценные, чтобы не расстаться с ними в угоду более важной цели.

— Это какой же?

— Ты, ваши будущие дети, — охотно перечислила заместительница моего мужа. — Скажу по секрету, — она перешла на доверительный шепот, воровато взглянув на дверь и открытое окно. — Уезжая за невестой в снежное крыло, наш эррисар заверял друзей, что договорится с будущей женой и ничего в его жизни особо не изменится.