Белые искры снега. Анна Джейн

И, чтобы он не понял, что я заволновалась, сказала первой, обратившись к нему на «ты», как и раньше. – Давно не виделись. Как у тебя дела?

Он, кажется, немного развеселился, по крайней мере, улыбка стала немного шире.

- Дела совершенно так же, как и пять лет назад, когда моя очаровательная племянница покинула отчий дом и решила больше не общаться со своими родственниками. А как у тебя… дела? – он, кажется, посмеивался надо мной. – Ты заканчиваешь свой университет? – последнее слово он произнес пренебрежительно-насмешливо. Наше современное российское высшее образование казалось дяде Тиму совершенно невразумительным – за парой столичных исключений, разумеется.

Тимофей любил выгодное вложение средств, а я, думаю, казалась ему почти утраченной инвестицией убыточного проекта.

- Да, это последний год, - кивнула я.

- Значит, ты будешь журналистом? – весело сверкнули его глаза за стеклами очков-хамелеонов. Кажется, эта профессия дядю Тима веселила.

- Да, буду, - с вызовом подтвердила я. – И уже несколько лет этим занимаюсь.

- Чем – этим?

- Пишу статьи, - буркнула я в ответ.

- Какая же ты целеустремленная. – В голосе Тимофея послышалось почти одобрение, которое меня слегка удивило – обычно к своим племянникам дядя был совершенно равнодушным.

Есть они или нет – его не волновало. – Похвально, Настя. Ты умеешь удивлять. Не скучаешь по своей семье?

- Нет, - ответила я почти равнодушно.

- И что, не хочешь вернуться?

- Нет, - мой ответ вновь был односложным.

- И даже проведать своих родных?

Тоже мне, нашел родных!

- Пока нет, - осторожно сказала я.

- Не жалеешь? - продолжал свой ненавязчивый допрос дядя Тим, все так же глядя на меня сверху вниз с высоты своего высокого роста.

- Не жалею. Я же занимаюсь тем, что мне нравится. И живу так, как мне нравится, - ответила я, понимая, что если сейчас сюда придет Алена, то она все поймет. Черт же ее дернул связываться с дядей Тимом! И ведь она наверняка знает, что он женат. Чем только Алена думает?

- Молодец, девочка. Твои рассуждения мне нравятся, - глаза за стеклами очков-хамелеонов хоть и оставались такими же холодными, но в них появилось что-то, похожее на одобрение, а, может быть, мне просто показалось. – Ты уверена, что всю жизнь готова заниматься своей журналистикой? – почему-то спросил он.

Мне казалось, что он сканирует меня. И что дядюшке нужно?

- Думаю, да. Мне пора, прости, нужно идти, - заторопилась я, боясь, что сейчас появится Алена и увидит нас с дядей Тимом вместе. Не представляю, как я все это буду объяснять.

Родственник глянул на запястье левой руки, на которой я узрела его часы его любимой швейцарской компании «Патек Филипп», и сказал, как всегда, спокойно и уверенно:

- У меня есть свободный час. Предлагаю вместе поужинать. Все-таки мы родственники.