В плену его страсти (СИ)

Но кричать и возмущаться поздно. Остаётся решить проблему, которую я продолжал откладывать, собираясь вспомнить вкус жизни.

Впрочем, решение-то очевидное. Вряд ли Алика его оценит - судя по тому, что я видел утром в ее взгляде.

Но дома меня ждёт сюрприз - Воронову нахожу в моем кабинете, с той самой папкой в руках.

Просто пиздец - удача по всем фронтам.

- Ты что здесь делаешь? - рявкаю на нахалку. Та вздрагивает и поднимает на меня глаза, полные слез….

32 Алика

- Ты знал, да? Это правда?

- Что именно?"

"Меня начинает трясти от эмоций. С каждым вдохом все сложнее контролировать себя. Ведь я, получается, надумала себе то, чего нет. А если ещё и к смерти моей родной матери Камиль имеет отношение…

- Ты собирал на меня информацию… Боже, да кто ты такой?! Ты ее знал, да? Поэтому твой помощник нашел меня? В этом был твой план?

Я уже не могу держать эмоции в узде. Меня накрывает паника и одновременно истерика.

Крепкую хватку на плечах я даже не сразу чувствую. Только оказавшись закинутой на плечо мужчины, начинаю отбиваться.

- Хватит! Пусти! Отпусти!

Спорить и драться бесполезно - слишком разные весовые категории, но я продолжаю снова и снова, пока внезапно на меня не обрушивается ледяная вода!

Истошно ору от неожиданности, а потом от холода. Пытаюсь вывернуться, но Камиль слишком крепко держит. Справляется даже одной рукой, и так мне обидно становится за свою беспомощность. Будто я бестолковое домашнее животное, с которым можно сделать все, что заблагорассудится.

Стою, зажмурившись, дрожу и не сразу понимаю, что вода становится вдруг теплеет.

- Успокоилась?

Коротко киваю, хотя это и не так вовсе. Я не успокоилась, у меня просто закончились силы, и накатила апатия вместе с беспомощностью.

Камиль начинает раздевать меня, сбрасывает мою мокрую одежду, но сейчас я совершенно не чувствую от него даже малейшего намека на что-то интимное. Хотя я вообще сейчас ничего не чувствую.

- Согрелась?

Ещё один вопрос, и ещё один мой равнодушный ответ.

- Ты правда ее… знал?

Тяжелый вздох служит лучше любых слов. Однако Тагаев снисходит и до ответа:

- Знал.

- И вы были… вместе?

- Собирались пожениться.

Вдоль спины пробегает мороз. Пожениться... Он, значит, любил мою родную мать, а я, получается, просто - замена?

- Но она предала меня, - чуть погодя добавляет он. - Изменила.

Казалось бы, разве можно добить меня еще сильнее? Нет. Но у Камиля выходит. Снова и снова. Он погружает меня в тайны прошлого, чтобы…

- Это ты ей отомстил? - понимаю, что задавать такой вопрос опасно. С ним вообще рядом теперь очень опасно. Кто знает, что в голове у преданного мужчины, который видит во мне лишь тень моей матери. - Чтобы она не дожила…

Резкая хватка на плечах вынуждает развернуться.

- Херню не неси, - едва ли не рычит он.