Бенефис мартовской кошки

Раскрыв тонкогубый рот, небесное создание громко рыгнуло, потом отчаянно поскребло голову и просипело:

– Ну, чего разбудила? Не видишь, заболела я.

– Комнату у вас снять хотела.

– Сто рублей в день, – икнула хозяйка, – жратва твоя, пойдет?

– Мне бы посмотреть жилплощадь.

Из груды тряпок высунулась сначала одна тощая, похожая на палку нога, через мгновение показалась другая. Саня попыталась встать на ноги с черными слоящимися ногтями на ступнях, но потерпела неудачу. После трех бесплодных попыток она заорала:

– Арсен!

В комнату всунулся азербайджанец.

– Проснулась?

– Дай пива.

Через пару минут, выдув одним духом бутылку «Клинского», хозяйка, пошатываясь, довела меня до комнаты и толкнула дверь:

– Любуйся.

Здесь «пейзаж» выглядел чуть лучше, чем в ее «светелке». Старая софа, вроде той, на которой я сейчас сплю, была прикрыта вытертым ковром, еще имелись три стула, продавленное кресло и колченогий стол под вытертой клеенкой.

– Ну чего? – поинтересовалась ожившая хозяйка. – Идет? Можешь прям щас вселяться, только деньги вперед.

Я вытащила из кошелька сотню. Саня, не скрывая радости, выхватила бумажку.

– Лады, ключ возьмешь у двери на гвоздике, только не кури, я пожару боюсь.

– Деньги берешь и курить запрещаешь, – изобразила я возмущение, – вот Аньке разрешила.

– Кому? – удивилась Свинья. – Какой такой Аньке?

– Так подруге моей, она тут у тебя комнату недавно снимала.

– Не, – помотала головой Саня, – не было такой.

– С ребенком Петей.

– А-а-а-а, – протянула хозяйка, – точно, жила одна, с мальцом. Эх, здорово вышло!

– Чего здорово?

– Так всю хату сняла, зараз, богатая, видать! – захихикала Свинья.

– А как?

Саня прищурилась:

– Тебе зачем?

– Просто интересно.

– Врешь.

Я вытащила еще сто рублей.

– Расскажи про жиличку. Припомнишь чего, сразу полтыщи получишь.

– Покажи деньги, – деловито осведомилась Свинья.

Я помахала перед ее носом купюрой.

– Дай проверю, может, фальшивая, – жадно попросила Саня.

– Э, дорогая, не надо считать всех глупее себя, – засмеялась я, – сначала стулья, потом деньги.

– Какие стулья? – не поняла Саня, скорей всего, не прочитавшая за всю жизнь ни одной книги.

– Не забивай себе голову ерундой, лучше рассказывай.

Свинья плюхнулась на софу, я, поколебавшись, пристроилась на краешке стула.

– Говорить-то нечего, – пожала плечами хозяйка, – ну пришла тетка…

– Кто ее прислал?

– Да хрен разберет! Тебя кто прислал? Сама явилась, в дверь позвонила."

"В тот день Саня оказалась трезвой, вернее, ее крутило жестокое похмелье, а денег на вожделенную бутылку не было. Иногда жильцы из жалости угощали хозяйку, но, как назло, все комнаты стояли пустые.