Бенефис мартовской кошки

Потом он съездил в Германию и приволок оттуда несколько сумок фурнитуры, особенно хорошо пошли особые термостойкие картинки. Их не надо было пришивать, аппликацию требовалось просто прогладить горячим утюгом, и она «налипала» намертво на ткань. Копеечная детская футболочка, украшенная таким образом, смотрелась просто восхитительно, и товар разлетелся вмиг. Олег скумекал, что напал на золотую жилу, и велел своей жене Надьке собираться в путь. На этот раз, в четыре руки, они приволокли шесть под завязку набитых баулов, наклейки в них были не только детские.

Олег прихватил рокерский «репертуар» и то, что пришлось по вкусу тинейджерам. Вот так завертелся бизнес.

Сейчас у Олега парочка больших магазинов и куча выносных ларьков, торгующих у метро. Но меня он интересует не как удачливый бизнесмен. Назаров обожает оружие, даже собрал небольшую коллекцию. Правда, его приводят в восторг только старинные образцы: всякие дуэльные пистолеты, мушкеты, винтовки с шомполом – в общем то, что давным-давно не используется по прямому назначению, а служит украшением музейных экспозиций.

– Двадцать девятая, слушаю, – прозвучало из трубки.

– Дайте телефон магазина «Мир ниток».

Послышался шорох, потом девушка спросила:

– Вам какой нужен, на Кутузовской или на Смоленской площади?

– Давайте оба, – велела я, от души надеясь, что Олег окажется в какой-нибудь из своих торговых точек.

Фортуна решила мне улыбнуться, через несколько секунд секретарь соединил меня с Назаровым.

– Слушаю! – рявкнул Олег.

– Привет, это Даша.

– Какая? – весьма невежливо отозвался Назаров.

– Васильева, твоя бывшая соседка по Медведково.

– О, – загрохотал Олег, – ну ничего себе! Как дела?

– Хорошо, – я решила не вдаваться в подробности, – лучше некуда, прямо восторг.

Мне нужна твоя помощь!

– Только не говори, что хочешь одолжить денег.

– А что, не дашь?

– Тебе? Сколько угодно, – заржал Олег, – под залог той небольшой картинки, что висит у вас в гостиной.

Я тихо усмехнулась.

– А если я предложу иной холст? Из детской?

– Ты всерьез, что ли? – пришел в окончательное изумление Назаров. – В детской не слишком хорошая вещь, кажется, Вилов?

– Точно.

Когда близнецам исполнился год, Аркадий заказал модному художнику Вилову портрет детей.

На мой взгляд, вещь вышла неудачная, чересчур помпезная. Младенцы одеты в парчовые костюмчики. Анька красуется в розовом, Ванька в голубом, на головах у них круглые беретки, украшенные перьями, на крохотных пальчиках тяжелые перстни. Мои внуки не носят драгоценностей, Вилов пририсовал их потом, для пущей красоты. Честно говоря, портрет не понравился никому, этакая жутковатая смесь из того, что делали Рембрандт, Гойя и наш Шилов.