Беременна от врага (СИ)

Тётя Света грузно опустилась в кресло напротив и включила кондиционер. В кабинете сразу сделалось прохладней. Пока я рассматривала стены, зашумел компьютер.

— Бери ручку, — сказала крёстная, одновременно с этим щёлкая мышкой.

Заработал принтер. На стол передо мной опустилась пачка листов. Тётя Света сказала:

— Заполняй бумаги, я пока запишусь к генеральному. Сделаем всё поскорее, а то мне работать надо.

Она принялась куда-то звонить, а я сосредоточилась на заявлениях и анкете. Когда закончила, крёстная всё перепроверила и защёлкала по листам личной печатью, поставила несколько подписей, взглянула на часы и поднялась из-за стола:

— Всё, идём.

— А куда?

— Сейчас отведу тебя к безопасникам, пройдёшь проверку, получим визу у генерального, и дело сделано.

У безопасников двумя этажами выше было тихо, душно и пахло сигаретами. Я проторчала там добрых два часа, изнывая от скуки. Проголодалась. От воспоминаний о дымящихся сырниках в животе заурчало. К счастью, вскоре мне вручили документы с печатями.

Спустилась на лифте на нужный этаж. При виде меня тётя Света всплеснула руками:

— Наконец-то! Тебя только за смертью посылать!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я ж не виновата, это всё они!

— Идём! — крёстная подхватила меня под локоть и потянула за собой.

— Обедать? — пискнула я с надеждой.

— Нет ещё, к генеральному за визой.

Вздохнула и послушно засеменила следом.

Тётя Света закрыла свой кабинет на ключ и открыла соседний. За дверью находился бежевый кожаный диван с креслами, журнальный столик, а слева пустой рабочий стол со стулом и компьютером.

— Твоё рабочее место.

— Ух ты, — восхищённо протянула я, — в отдельном кабинете!

Я-то не сомневалась, что буду, как остальные пчёлки, трудиться в общем улье. Тётя Света рассмеялась:

— А ты думала! Разве я когда плохое предлагала? Для вас с Мариночкой всё самое лучшее! Там, — она показала рукой в сторону двери в конце комнаты, — Ксения Тарасовна сидит, директор управления, твоя и моя начальница. Огонь?

— Огонь! — кивнула я.

У простых смертных только стол со стулом в общем зале, а у меня свой кабинет! Как у тёти Светы прям! Ещё и к начальнице нашей общей так близко, уж я ей понравлюсь, как там говорила тётя Света — Ксения Тарасовна добрейшей души человек! Стало спокойней и даже чуть веселей. Крёстная похлопала меня по плечу:

— Ну, идём, забежим к генеральному, потом на обед, и будешь обустраиваться."

"Лифт остановился на последнем этаже. Здесь было тихо и пусто.