Беременна от врага (СИ)
— Как был жалким посмешищем, так им и остался! — Кривлю губы и смотрю свысока. Смахнул пылинку с дорогого костюма и лениво сказал: — Кукла с мозгом улитки. Со школы ни черта не изменилось, и откуда в тебе столько спеси? — Мне ты не начальник, не собираюсь заискивать! — Ну, да, вместо этого ты сразу раздвигаешь ноги. — Я… Захлебнулась от досады и злости, подумала про себя: «Я просто тебя не узнала! И надеюсь, что эта случайная связь не оставит последствий!» Мужчина окинул меня насмешливым взглядом: — Как раз секретаршу уволил, и есть место твоего уровня. Интересует? — Ещё чего! Размечтался! Чтобы я, бывшая королева школы, стала прислуживать вчерашнему лузеру, которого презираю? Никогда! Ну и пусть он теперь важная шишка, подумаешь! Кто ж знал, что жизнь решит иначе? Хэппиэнд!
— Это ещё зачем?
Денис посмотрел на меня и ответил, словно это само собой разумеется:
— Затем, что моя одноклассница в положении, а на улице холодно и она без машины.
— Ах, ну да.
Джентльмен, блин, выискался!
Хлопнула дверью и вернулась за свой стол.
— Всё нормально? — спросил Илья.
— Просто замечательно, — кивнула в сторону двери начальника. — Он теперь знает про беременность, так что это больше не тайна.
— О, — протянул Илья и добавил. — Хорошо, что рассказала.
— Да, наверное.
Опустила глаза на живот, вдруг почувствовав что-то странное, словно рыбка проплыла внутри.
Наверное, надо было сказать правду. Бросить мяч, и пусть бы он был на стороне Аристова. Пусть бы решение было за ним, пусть бы это была его ответственность! Но я не смогла. Я струсила.
Одно дело мысленно приписывать ему эгоизм, равнодушие и предательство. И совсем другое дело — убедиться в этом своими глазами. Наблюдать презрение и ненависть в его глазах, видеть, как недовольно кривится его рот, снова услышать слово «аборт» и ощутить, как замедляется и останавливается вовсе моё сердце, замерзая навеки и превращаясь в лёд.
Сглотнула, встала на ноги и прошлась по кабинету. Вытерла ладонью влажный лоб, сделала глубокий вдох и медленный выдох. Я не хочу всего этого знать. Имею право: если он отвернётся, это убьёт меня. Не хочу, не хочу знать.
Два месяца, и всё закончится, всего ничего, такой пустяк. Два месяца, и он больше никогда не увидит ни меня, ни ребёнка.
2 месяца спустя.
Вика.
Рабочий день закончился. Илья давно убежал, едва успев накинуть пуховик. Мы с Наташей склонились над планшетом, лежащим у меня на столе. Я пролистала несколько картинок с вариантами оформления зала:
— Как тебе такой вариант? Нежно-кремовый и сиреневый? Можно букет невесты обыграть в этих же тонах, если, к примеру, включить в него ирисы и повязать сиреневой лентой? Или, — я пролистала несколько картинок, — вот такой, лимонный? М?
Наташа забавно нахмурилась, затем качнула кудряшками и сказала:
— Нет, верни назад, первый хочу, сиреневый, да!
— Окей, сохраняем, я обзвоню фирмы, всё обсчитаю и скажу, что выходит по деньгам.
— Вика, кстати, — Наташа ударила себя по лбу, — всё забываю спросить! Подруга сестры летом собралась замуж, и хотела встретиться с тобой, ты как, возьмёшься?
— Летом? — я откинулась назад и провела рукой по округлившемуся животику, который теперь было уже не скрыть.











