В ритме сердца
Порой мне кажется, что моя жизнь состоит из сплошной череды защитных масок: днем – невзрачная, серая пацанка, скрывающаяся от преступности Энглвуда; ночью – танцующая кукла для пошлых забав богатых мужчин; дома – я надеваю маску сдержанности, спасающую меня от вечного пьяного хаоса, но даже эта маска не даётся мне с тем трудом, как мучительный образ лучшей подруги. Я годами люблю человека, который не видит меня по-настоящему и, вряд ли, хоть когда-нибудь заметит так, как сделал это другой мужчина. Необычный. Манящий. Лишающий здравого смысла и до дрожи пугающий. Тот, с кем по роковой случайности я встретилась одним злосчастным вечером, когда в полном отчаянии просила у вселенной чуда о решении всех своих проблем. Но, видимо, нужно было яснее излагать свои желания, ведь вместо чуда я столкнулась с ним, и теперь боюсь, мне ничто не поможет ни сбежать от него, ни скрыться. Содержит нецензурную брань.
И пусть только в такой мотив его чутких действий я ежеминутно заставляю себя верить, должна вам признаться, что его план, чёрт побери, неплохо работает – я млею, как кошка, что блаженно урчит, одобряя каждое действие хозяина."
"Но сейчас я этому даже не противлюсь и нисколечко не пытаюсь скрыть. Пусть до самого конца думает, что всецелая победа уже в его кармане, пока я с каждой его мимолётной лаской лишь сильнее предвкушаю, как мучительно-приятна будет наша с ним борьба.
Это просто игра, просто игра! Ничего больше!
– Неужели мы сумели тебя найти среди всей этой толпы? – за моей спиной раздаётся бодрый голос, от которого у меня уже не раз чуть было не лопались барабанные перепонки.
– Тони! И ты здесь! – увидев друга, Адам заметно приободряется после продолжительных рабочих обсуждений с очередным бизнесменом.
Я оборачиваюсь и вижу, как к нам скользящей походной приближаются братья Мэрроу, также одетые в безукоризненные классические костюмы, явно сшитые на заказ.
– Конечно, здесь, как мы могли пропустить самое знаменательное событие этого сезона? – радостно протягивает Тони, приветственно сжимая руку Адама.
– Роберт – перфекционист похлеще тебя, Тони, так что тут нечему удивляться, – на фоне восторженного Мэрроу безразличное отношение Адама к данному мероприятию кажется мне ещё более заметным, и я никак не могу понять на то причины.
Так же как и почему отца, которого, к слову, мы до сих пор так и не встретили, он всегда называет по имени и говорит о нём как о простом знакомом, а не родном человеке?
– А это кто у нас тут? – мужской голос того же тембра, что у Тони, только более монотонный, отрывает меня от невысказанного вопроса.
В ответ я лишь натянуто улыбаюсь, но в уме подтверждаю, что все замеченные мной здесь посетители «Атриума» либо в самом деле не распознали во мне стриптизёршу, либо просто сделали вид.
– Да уж. Выглядишь отпадано! – поддакивает Тони. – Ты и в клубе очень эффектна – этакий непорочный, но невероятно сексуальный ангел с дьявольской начинкой, которую никому не дано вкусить, а сегодняшний образ пусть и в той же манере, но в разы… – он поджимает губы, словно пытается подобрать нужное слово.
– Дороже? – помогает ему брат.
– И это, безусловно, тоже, но я хотел сказать – в разы… утончённей.

















