В ритме сердца

 – Он разводит руками по сторонам, осуждающе рассматривая беспорядок на столе.

– Это и есть моя жизнь, Тони. Меня всё устраивает, – честно говорю я. Если бы работа не доставляла мне удовольствия, я бы уже давно всё бросил.

Я вообще никогда не делаю того, что встаёт наперекор моим желаниям или не приносит максимальной выгоды.

– Печально, Адам, очень печально. – Он приподнимается и подходит к окну, явно думая о том же, о чём думал я ещё несколько минут назад, – как же всё здесь вокруг уныло и бесцветно.

– Как твои дела? Не скучаешь по Нью-Йорку? Мне вообще непонятно, почему ты решил уехать.

 – Я, как никто другой, знаю, что там у Тони была не только блестящая карьера, но и вся его жизнь.

– Нет, по городу не скучаю. Я скучаю по сцене, а находиться в бурном Нью-Йорке, где всё напоминает о том, чего я лишился, для меня невыносимо, – объясняет он монотонным голосом, касаясь повреждённого колена.

– Но разве здесь лучше? Я не вижу тебя в Рокфорде. Этот город для тебя слишком… тусклый, что ли, – говорю я, отчётливо помня темперамент и вечно бурлящую через край энергию друга.

– То, что время не изменило тебя, Адам, не значит, что меня оно обошло стороной.

 – Не вижу его лица, но слышу горькую усмешку. – Но давай сегодня не будем о грустном. Тот факт, что мне удалось тебя всё-таки встретить, определённо нужно отметить.

– О-о, нет, можешь об этом сразу же забыть… – Сжимая голову руками, собираюсь остановить его ещё до того, как он огласит грандиозный план на вечер, но в этот момент в кабинет входит Мари, неся поднос в трясущихся руках, вынуждая кофейный сервиз издавать ритмичный назойливый звон.

Прислонившись спиной к окну, Тони внимательно следит за движениями взволнованной девушки, которая меня уже, мягко говоря, бесит своей «неустойчивостью» и несобранностью в работе.

Видимо, она так же бездарна, как и её бывший начальник, который своими опрометчивыми решениями и безалаберным руководством значительно ухудшил положение нашей компании в Рокфорде.

И в подтверждение моих мыслей Мари опрокидывает грёбаный поднос прямо на меня, заливая все брюки и белоснежную рубашку кофе.

От неожиданности я вскакиваю со стула и теперь возвышаюсь прямо над головой неуклюжей идиотки.

На сей раз ей несказанно повезло, что её вечно дерьмовый кофе успел по дороге остыть, иначе бы я не оставил от неё и живого места.

Я не кричу и не ругаюсь. Мне этого не надо. Хватает лишь красноречивого взгляда, чтобы дать ей понять силу моего негодования и заставить девчонку желать провалиться сквозь пол.

– Боже, мистер Харт, простите… Я не знаю, как это получилось. – Я думал, ещё сильнее трясти её уже не может, но как бы не так. – Я сейчас всё уберу… и… и принесу влажные салфетки.