Беременна поневоле

Видимо, Виктор уснул щекой на столе — на щеке отпечатался след от рукава.

— Деньги принесла? — дыхнул в меня перегаром «брат».

Надоело.

— Нет. А ты принёс? — спросила я.

— Хули я должен тебе деньги отдавать? — возмутился Виктор. — Это ты пришлая детдомовка. А я у своей родной мамки на хате!

— Мама не видела тебя несколько лет. Ты появился только на похоронах, устроенных не тобой! — твёрдо заявила я, сжимая руками ремень сумочки.

— Не суй свой нос в дела моей семьи, поганка! — сипло ответил Виктор, закашлявшись. — Отсюда уйдёшь ты, а не я. У меня семья и дети.

Виктор поскрёб щеку и гнусно ухмыльнулся.

— Такой, как ты, и угла в коммуналке хватит. Привыкла же в детдоме по углам тариться, да?

— Не тебе судить, кому и сколько хватит, Виктор. Советую тебе ещё раз подумать…

Он двинулся ко мне резко и быстро. Схватил за локоть и толкнул к стене, прижав своим телом.

— Ты, шмара, советы мне не раздавай. Я в них не нуждаюсь…

Мясистое лицо Виктора находилось слишком близко от моего лица. Горячее дыхание, полное перегара и запаха гнилого мяса, мерзкой струёй пронеслось по щеке.

— Отодвинься! — попросила я, стараясь не дышать.

Виктор и не подумал сделать этого. Наоборот, придвинулся ещё ближе, зажимая крупным, но рыхловатым телом взрослого мужчины.

Паника медленно, но верно захватывала в плен. Где Аня? Где жена Виктора? Почему эта чутко спящая грымза не вылетела из спальни с перекошенным от злости лицом?

— Если денег нет, можем и договориться, — пробормотал Виктор, сально улыбаясь. — По-братски уступлю тебе  в цене…

Его ладонь сползла с локтя на талию. Я задёргалась, пытаясь выбраться.

— Папа, вкучи свет! Я писать хочу! — донёсся из коридора заспанный голос Борьки, младшего сына Виктора.

Виктор медленно отодвинулся, сопя, как слон, и пошёл в сторону туалета. Выключатели здесь были установлены ещё с советских времён, высоко. Пятилетний малыш не дотягивался.

— Давай, шевелись, пацан! — прикрикнул Виктор на сына.

Я воспользовалась паузой и прошмыгнула в свою спальню. Закрылась на щеколду и кое-как придвинула комод к двери.

Села на кровать и перевела дыхание. Понимала, что меня от наглого приставания спасло лишь чудо.

В дверь постучали.

— Алёнка…

Ручка задёргалась. Виктор налёг на дверь плечом, понял, что к двери приставлен комод, и выматерился.

— Прекращай чудить. Мы можем договориться, — вкрадчиво произнёс Виктор.

— Где Аня?

— В гостях у мамки. С дочкой, — хмыкнул Виктор, добавив глумливо. — А ещё Анька сейчас на работу устроилась. Часто будет ходить в ночную смену, сестрёнка. Подумай хорошенько…

Я сглотнула противный комок в горле. Поняла,  что скоро даже находиться в квартире будет опасно.