Беременна поневоле

Прочитай, посмотри, всё ли верно записано.Это очень важно. Поэтому можешь не торопиться.

Арсений перевёл взгляд на экран телефона, полностью переключившись на свои дела.

Я открыла папку и сразу же обомлела, оттолкнув от себя договор:

— Что это? Мы так не договаривались! Арсений!

Покровский отложил телефон и подтянул к себе папку, пожал плечами, словно не произошло ничего серьёзного.

— Брачный договор, — просто сказал он. — Тебя что-то удивляет?

Я вскочила на ноги.

— Брачный договор… Брачный! Какого чёрта?

Арсений тоже встал, но не так стремительно, как я.

— Оказывается, ты умеешь ругаться.

Очаровательно.

— Зато договор ни капли не очаровательный. Ни о каком браке и речи идти не может!

— Почему?

Арсений остановился напротив меня, сложив руки под грудью. Сегодня он изменил своему привычному чёрно-белому образу, надев тёмно-серые брюки и светло-голубую рубашку, ещё больше подчёркивающую его цвет его глаз.

— Арсений, брака не будет, — заявила я, едва не задыхаясь от возмущения.

Наглость и беспринципность Арсения поразили меня до глубины души! Мужчина шагнул ко мне, усмехнувшись уголками губ.

— Что тебя так возмутило? Это брак по договору.

Для тебя так неприятен факт того, что до рождения ребёнка ты будешь считаться моей женой?

— Мы не обсуждали заключение брака.

— Предложи я тебе выйти за меня замуж сразу, ты бы послала меня.

— Я очень близка к тому, чтобы послать тебя матом.

Арсений мягко улыбнулся, обворожительно и многообещающе.

— Это брак по договору, Алёна. Ничего больше.

Я отошла от стола. Через секунду рядом материализовался Арсений, приобняв меня за плечи одной рукой. Я уже не дёргалась в сторону от его прикосновений, но было непривычно и немного неправильно, что он так часто прикасается ко мне.

Под любым предлогом. Повела плечом, желая сбросить руку.

Арсений сжал пальцы, потом начал медленно поглаживать плечо, объясняя прописные истины, словно несмышлёнышу:

— Брак позволит мне избежать трудностей после рождения ребёнка. Если мы будем женаты, я буду записан, как отец, и без лишних проблем оставлю ребёнка себе после нашего развода. Если же ты родишь одна, напишешь отказную, потом мне придётся усыновлять ребёнка, давать на лапу чинушам, чтобы оформили всё, как можно быстрее.

Потом мой сын или дочь вырастет и узнает, что его усыновили, хотя я — родной отец…

Арсений говорил спокойно и убедительно, не пытаясь давить на меня, но уговаривая.

— Ты заглядываешь так далеко в будущее? — спросила я, проворачивая в  голове совершенно другую мысль.

Арсений опять обставлял всё так, что не оставлял мне выбора. Подводил логически правильную основу под свои действия. Я внимательно на него посмотрела, поняв, что прослушала его ответ.

Ладонь Арсения скользнула с плеча на спину.