Беременная для Зверя (СИ)

В который с головой окунуться хочется. Столько всего произошло…

— Рустам?

Вздыхает. Бросает взгляд в сторону двери, выматерившись сквозь зубы. Резко отдёргивает в сторону одеяло, укладываясь прямо в одежде.

— Час. Не больше, — сурово выделяет предел.

— Прямо так спать собираешься? В одежде? — уточняю.

Пальцы находят круглые пуговицы, цепляя их. Одну за другой расстёгиваю, наблюдая за мужской реакцией."

"Его дыхание вмиг густеет. Становится раскалённым. До предела. Стоит лишь пальцем по бугрящимся мышцам провести. Тело напрягается каждым мускулом.

— Коварная. Пытать решила?

Зверь позволяет спустить рубашку с его широких плеч. Пальцы дрожат, замирая на пряжке ремня. Непристойные мысли начинают бродить в голове. Внушительный бугор в районе ширинки лишь подтверждает, что и Рустам о том же думает. Зверь подкладывает локти под голову.

— Ну чё, застыла? Передумала?

— Нет, — шепчу.

Дрожь с головы до ног охватывает. Кончики пальцев покалывает. Сон рукой снимает. Поднимаю взгляд на мужское лицо. Усмехается. Высвобождает свою руку, манит к себе.

— Сюда иди. Уснуть тебе надо…

Удивлена. В другой раз бы предложил потрудиться ртом, взять поглубже. Во рту слюна выделяется рефлекторно. Но в тёмных глазах Зверя не только голод порочный читается, но и желание. На своём стоять.

Сейчас он меня лишь подразнил возбуждённой плотью. Вздыбленной, как столб. Но вопреки явному желанию Рустам приказывает просто рядом с ним улечься, чтобы поспать.

— Не тяни резину, — подстёгивает.

Таким же остаётся. Властным. Незыблемым. Горой силы. Колоссом твёрдым в намерениях и в действиях.

Мне нужно лишь место своё рядом с ним принять. Покорно на плечо разгорячённое укладываюсь, впитывая дурманящий, мускусный запах.

— Расскажешь мне о прошлом?

Пальцы чертят линии его шрамов. Повторяют затейливые дорожки. Ныряют в глубокие впадины, выбираются на гладкие участки бронзовой кожи, кружа на одном месте.

— Я хочу знать. Как это было?

В горле пересыхает. Сердце пропускает удар. Пока Зверь думает, напрягшись так, что тело ощущается каменным.

— Это не для твоих ушей, Малая… — паузу выдерживает, вынося решение. — Тебя никак не касается. И не коснётся.

— Но тебя же коснулось. И меня косвенно.

— Это мой груз. Не твой. Спи, — ладонью на макушку нажимает, вдавливая в монолит жаркого тела.

На том разговор оканчивается. Значит, время ещё не пришло пластырь засохший с раны сдирать. Сейчас он уже не сторонится прошлого. Но всё ещё внутри себя держит.

Меня решил не вмешивать. Обособленно держать. В неведении.

— У тебя задача. Выносить моего наследника. Это главное. Другое тебя волновать не должно. Ясно?

Подтверждаю слова молчаливым кивком. Слышу, как его дыхание выравнивается. Замедляется. Хоть возбуждение ещё не спадает.