Бес Славы

Н-да, все-таки с силиконом она переборщила – он явно уже проник в ее мозг. – Ты дома?

– Нет, я домик тут снял на пару дней.

– Говори адрес.

Называю адрес Никиты Васильевича. Марина заверяет, что будет через полчаса. Интересно – на что она рассчитывает? Неужели действительно не догоняет, что ее не просто так зовут? После всего...

А если догадалась и приедет не одна?

Что тогда будет со Славой?

Кошусь на экран телефона, прикидывая время. Оно так тянется! Кажется, что до того момента, как Марина поднялась на крыльцо, прошла вечность.

Иду открывать. Все остальные покидают гостиную, чтобы создать иллюзию, что в доме я один. Открываю дверь, и эта овца в коротком синем платье тут же вешается мне на шею, начинает что-то шептать мне на ухо. Противно-то как!

И она одна. По глазам вижу – повелась. Дура.

Веду ее в гостиную, мы садимся на диван. Причем я сажусь от Марины подальше, однако она перемещается ближе.

– Я так рада, что ты позвонил, – щебечет она. – Всегда знала, что мы поладим.

– Ага, еще как, – фыркаю я.

– Матвей, а выпить есть что?

Бля, а я знаю, что тут есть?

– Нет, Марин. Зато есть разговор.

Матушка хмурится, сама отодвигается.

– Милый, ты о чем?

– А Дамира ты тоже милым называешь, чтобы в именах не путаться? – спрашиваю с усмешкой и вижу, как Марина меняется в лице.

Да, сучка, ты не супершпионка – сама себя сдаешь с потрохами. Матушка поднимается с дивана и медленно продвигается к выходу. Все-таки она симпатичная баба – понимаю, на что батя повелся. Но перед глазами все равно милое, не испоганенное силиконом и подтяжками лицо Славы. Ей далеко до этой куклы, что сейчас стоит передо мной. В глазах нет блеска, жизни, желания. Она привыкла раздвигать ноги, чтобы жить хорошо. Представляю, как на ней дергался Дамир, и начинает подворачивать.

– Марина, давай обратно, – устало произношу я, хлопая по дивану. – Не будем усложнять все.

– Но я не понимаю, о чем ты, Матвеюшка, – берет она себя в руки, хоть и не очень убедительно.

– Ох, девушка, – выходит из комнаты Никита Алексеевич, – вам бы почитать на досуге Уголовный кодекс.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Матушка вздрагивает и оборачивается. Взгляд загнанного зверя, трясущаяся губа. Она не знает и не понимает, что делать. Конечно. Ей ведь впервые придется думать самостоятельно.

– Я не понимаю, о чем вы, – снова лепечет Марина.

– Марина Андреевна, – снова ласково произносит генерал, – вы присядьте.

Я снова убеждаюсь, что не ошибся в человеке. Такой милый старичок, но так смотрит… Блядь, как Ленин на буржуазию! И матушка под этим взглядом сутулится, как будто ее сгибает невидимая сила, а потом тихо говорит:

– Я люблю его.