Бешеный волк

Но нельзя. Внешне он законопослушный гражданин. И ни в чем не должен перечить охраннику из службы эскорта.

Сутик вошел в комнату, где только что скрылся Степа. Мельком глянул на него.

– Так, четверо вас. Как раз на четырех девочек. Так, бабки вперед. Через час приезжаю.

– Да какой через час? – дружелюбно улыбнулся Алик. – Мы повеселиться хотим. Нам на всю ночь.

– Тогда какие проблемы? Гоните штуку баксов на всех и балдейте до самого утра.

– А товар?

Товар Алику понравился. Худощавая шатенка с милой мордашкой и ногами от шеи. Он только глянул на нее, и тут же в штанах затвердело.

Не слабый показатель профпригодности.

Остальные телки – ерунда. Так себе, третий сорт не брак. Но ведь они не для него, они для других. Себе он заберет самое лучшее, а что достанется его дружкам, ему наплевать.

Им бы хватило троих. Или даже двух: Серега и Толян могли бы обойтись одной. Но если в доме четыре мужика, то телок может быть столько же, больше, но никак не меньше. Таково условие фирмы эскорта. И нарушать его нельзя. Потому что все блядские конторы под бандитской «крышей». А иметь дело с братками Алик не желал. По большому счету он делал на братву с высоты фонарного столба.

Но из-за мелочи связываться не хотел. Кому нужны дурные проблемы? Тем более, когда тебя ищет братва…

Шатенку звали Олей. В Алика она влюбилась с первого взгляда. Правда, это была платная любовь. Хотя, нужно отдать ей должное, она не выпячивала свой товарный ярлык. Старалась казаться скромной и даже застенчивой. Робко посматривала на Алика. Как будто первый раз замужем.

Алик поднял тост за продажную любовь, выпил и повел Олю в свою комнату. Серега и Толян со своими биксами остались в комнате. Они даже и не заметили его ухода.

Он лег на кушетку, вытянулся во всю длину. Она проститутка. И совсем не обязательно ухаживать за ней, говорить ей комплименты, ласкать и нежить. Она и без того сделает все как надо. А ты только лежи и получай удовольствие.

– Сделай так, чтобы я улетел, – скорее потребовал, чем попросил он.

Оля кивнула, встала перед ним на колени, пустила в ход порхающие пальчики. Ласки у нее улетные. Чувствовался большой опыт. Губами и языком она работала еще лучше. Вот это был настоящий кайф…

Она показала высший пилотаж. Отдалась ему во всех позах и почти во всех формах разврата.

И когда все было кончено, снова стала тихой и застенчивой. И даже как будто печальной.

– У тебя на попке шрам, – заметил он.

Оля стыдливо посмотрела на Алика и слегка покраснела. Ну не артистка.

– Это от сигареты, – жалостливо сказала она.

– Кто ж тебя так? К братве на «субботник» попала?"

"– И такое было, – кивнула она. – Первые два раза все нормально было. А после последнего раза целую неделю в больнице лежала. Это было так ужасно…

– Веселая у тебя работка, – хмыкнул Алик.