Бескрайний архипелаг. Книга III

Тьма за окном разбавлялась лишь тусклыми отблесками уличных фонарей. Они проникали в комнату робкими лучами, окрашивая стены в тёплые тона. Калиэста лениво теребила волоски на моей груди, прильнув к плечу. Дыхание щекотало кожу, вызывая мурашки по всему телу.

— И не страшно тебе быть с демоном?

— Не-а, — ответила она так просто, словно я спросил о погоде.

— Пусть всё останется между нами. Не хочу подвергать тебя опасности, — моя рука невольно сжалась на её плече.

— Мгм, — промурлыкала Калиэста, и я почувствовал, как её губы растянулись в улыбке прямо на моей коже.

— Неужто устала?

Прелестница звонко рассмеялась. Покачав головой, она приподнялась и посмотрела мне в глаза.

— Знаешь, Макс, — её голос стал мечтательным, — мне нравится здесь. Люди очень добрые и приветливые, вокруг невероятная красота… — она помолчала, а потом добавила тише: — А в моих объятиях любимый мужчина!

— Звучит как идиллия, — улыбка расползлась по лицу.

В дверь послышался стук, и далее — игривый голос Ниты:

— Нам пора, все уже готовы.

Чёрт, как же быстро летит время, когда его приятно проводишь. Нас пригласили в таверну «Кудлатый оборотень», где должны были собраться земляне для поминальных речей.

Как же не хотелось покидать тёплую кровать, но долг обязывал. Я поправил растрёпанные волосы Калиэсты, и мы устремились вниз, где в гостиной на первом этаже собрались все выжившие. Глупо было бы надеяться, что несколько часов утех в одном доме останутся незамеченными. Мне было плевать. Не подросток. Больше за подругу переживал. Всё же мужчины не подали виду, а женщины лишь многозначительно улыбались.

* * *Спустя пару закоулков мы вынырнули на ту самую улицу со стелой в виде кулака на наконечнике. Дальше — поворот налево, в противоположную сторону от Оушен-бульвара.

Радовало то, что Ханна соизволила сегодня надеть футболку. Впервые за всё время. И это было чертовски уместно. Несколько раз ловил её холодный и грустный взгляд. Видимо, она больше всех пронялась гнетущей атмосферой скорби.

Я догнал Густаво и задал вопрос, который не давал покоя:

— Что ты сказал тому слащавому ублюдку, который лез к Калиэсте на площади?

Бывший олигарх не сдержал удовлетворённого смеха.

— Когда-то ты спас меня от казни. Меч Такеши едва лоб не разрубил. Я помню добро и всё прекрасно понимаю. Твой взгляд с трибуны кричал громче любых слов. Мне ли, испытавшему все грани любви, этого не понять? А тому качку я просто сказал, что у моего капитана недавно «села батарейка», — он выделил последние слова странной интонацией.

— Какая ещё батарейка? — я аж сморщился от недоумения.

— Вот и он задал этот же вопрос, один в один! Ответ: та самая, из которой ты ежедневно выцеживал кровь, оставляя ровно столько, чтобы не умерла. Впрочем, в конце концов она всё-таки умерла.