Бесправыш. Предземье

Даст Единый — имперский законник приедет на Мун с одним из первых весенних обозов, что вот-вот сменят сани на колёсные повозки. Лёд на море уже пошёл трещинами. Скоро даже самые отчаянные торговцы побоятся переправляться через пролив по нему своим ходом, и из порта вновь выйдет паром.

За оставшихся два месяца весны нам кровь из носа нужно убраться с Муна. И дело здесь теперь не только и не столько в Броне. Я уверен, что младший Зимородов не успокоится и, выйдя из школы, устроит мне «сладкую» жизнь. Сейчас, когда я узнал, что мать Айка расплачивается не просто за грехи Вепря, а в первую очередь за свою собственную глупость, у меня нет сомнений, что прапрапрапрадед, или кем там приходится Якову глава богатейшего купеческого рода всего острова, прислушается к просьбе этого урода, и тогда отобранный трактир станет лишь началом травли.

После нашего прошлого поединка Яков разозлился настолько, что не остаётся сомнений — всё им выдавленное в сердцах про мать Айка сквозь зубы — неприятная, но чистейшая правда. Лина до Вепря была подругой старшего Зимородова. Того самого пра пра пра, главы рода. И не той подругой, с которой только разговоры разговаривают. Ушла она от него. Хотя, Яков, конечно, другими словами сквозь зубы плевался. В общем, теперь мне понятно, откуда ноги той мести растут.

Попал в западню я. И ту Лину-вертихвостку не бросишь, и подставились все из-за ейной красы, что мужикам сердца злобит. Хорошо хоть, что так и так собирались тикать. Вот всего ещё четыре разка отстою с кулаками против этого гада…"

"Как же хочется вызвать беса, чтобы тот начистил этому подлецу его мерзкую рожу! Только бес мне едва ли поможет. Наверняка гаду-Яшке поддастся. Слишком уж он того беса боится, что в Броне сидит. Испугается выдать себя. Этот Ло чересчур осторожный. Если бы не знал, что откажет, уже давно бы спустил на урода. Когда ещё те слухи до Брона дойдут. А проклятый купчонок в любом случае меня постарается со света изжить. Так хоть мордой бы его в дерьмо макнул напоследок.

— Да не кручинься ты так, — выдёргивая меня из раздумий, легла мне на плечо тяжёлая лапа Раста. — Отохотишься сезон с Броном, отъешься бобами и на будущую зиму намнёшь ссаному купчонку бока. Старшина ваш Единым отмеченный. С одного похода такую добычу взять — это тебе не хухры-мухры. Яшке столько никто не отсыпет. Как в двенадцать на именины откормили до сотен, так теперь лишь в шестнадцать удвоят. У них в роду так принято — мне Захар из второго отряда по секрету поведал. Он парень серьёзный — не стал бы брехать.

— А походишь со мной к мастеру Брыку, так не просто побьёшь Зимородова, а с запасом побьёшь, — присоединился к подбадриванию меня Лео. — У тебя же талант. Вон за зиму всего как прибавил. Не верится даже, что когда-то тебя побеждал.