Бесправыш. Предземье

Вот ведь мрази кусок! Даже смертью своей умудрился подложить мне подлянку. Чего он тут вообще делает вместе со взрослыми? Почему не остался с другими подспорниками?

— В смысле, не поделили добычу? — между тем округлил глаза Линг. — Наш олень. Тут и думать нечего.

— Кто убил — того зверь, — вскинулся, немедля, Гарбан. — Наш трофей!

Сразу видно, что этот вопрос волнует охотника не в пример больше, чем смерть какого-то Саноса.

— Добивать чужого подранка — не дело, — фыркнул Линг. — И без вас бы сдох верстой-другой дальше.

— Йока с два он бы сдох! Ран смертельных там не было.

— Кровью истёк бы!

— Такой старый зверь кровью? Да много ты понимаешь, пацан!

— А Китар у него на спине просто так сидел что ли?

— Мой последний удар! Я убил!

— Так-то я, вроде, — вмешался охотник, что бил топором.

— С какого перепугу? Я до сердца достал!

За перебранкой нас и застали, наконец, добежавшие до места гибели оленя и человека охотники.

— Кто такие? Безродыш… Вот йок! Санос всё, что ли? Кто сделал?!

Запыхавшийся Лодмур, как я и предполагал, держал в руках лук. Остальные, видно услышав слова про гостей, тоже сделали выбор в пользу именно этого оружия. Преимущество нашего отряда в стрелках тут же исчезло. Паршиво.

— Ваш человек напал первым, — выкрикнул Айк. — Я — сын Вепря. Привет вам от него. Отпустил нас на охоту с Китаром.

Лодмур немного оторопел от такого ответа и начал опускать лук. Но тут же его снова резко поднял.

— У Вепря нет детей.

— Родных нет, конечно, — немедленно согласился Айк. — Он же сызмальства на Путь встать решил. Я приёмный. С моей мамкой живут они.

И тут же быстро добавил, меняя тему:

— Вы же, сударь, здесь старший? Рассудите, чья правда. Мы подстерегли зверя. Нанесли ему несколько серьёзных ран. Один наш оленю даже на спину запрыгнул и копьё ему в спину вонзил…

— Да какие-то раны! — влез Гарбаг. — Не натяни мы верёвку через тропу, ушёл бы зверюга.

— Из-за вашей верёвки наш человек едва шею себе не свернул. Вы, считай, влезли в чужую охоту."

"Айк, похоже, специально не называл меня по имени, чтобы удерживать внимание Лодмура на главном предмете спора. И это работало. Глава ватаги, о чём говорило его выражение лица, уже оценил ценность рогатой добычи и мыслями был сейчас занят исключительно этими.

— Добыча того, кто убил, — мгновенно разобрался за кем правда Лодмур.

— Что?!

— Не лезь, Линг! Я сам, — бросил Айк гневный взгляд на лучника.

— Тут самое малое — нужно делить пополам всё, — снова повернулся новоиспечённый сын Вепря к Лодмуру. — Рога сам берусь в Граде продать. Вепрь поможет. У него больше получится выручить.

И ведь Айк, в отличие от того же Линга, прекрасно понимает, что ничего нам с оленя не перепадёт. Тут ноги бы унести.