БЕСсильный чемпион. Том 5

Ибо доказательство моих слов — подтаявшая голова Деймона — лежит на середине огромного стола для переговоров, вместо вазы с цветами. На лице бывшего главы Дома Настьевых застыла маска ужаса и нестерпимой боли. Деймон мучался до самого конца. Каждый из вассалов это прекрасно видит. Уверен, никто не хочет оказаться рядом на лакированной столешнице.

Лидия остается за дверями. На собрании делать ей нечего, поэтому маме Аллы сказали не приходить.

Ступор вассалов долго не проходит, ведь помимо отрубленной головы, их глазам предстают живые ночные кошмары. Черно-золотой демон в смокинге с жутким оскалом, а за моей спиной застыли три железные девы-поляницы: Белоснежка, Вика, Кали. Чудовищные лица-шлемы, стройные женские фигуры в стальной оболочке. По левую руку от меня сидит Алла-Горгулья, ее загнутый железный клюв приоткрыт, словно готовый впиться в лицо любому из вассалов. Только справа от меня сидит шикарная София, луч пленительной красоты и гипнотического очарования в царстве грозных существ. Неслабо шокирует дворян взгляд прекрасных голубых глаз княгини — возбужденный и неистово голодный, он прикован только к моему демонскому лицу.

Я недовольно цокаю. Задело-таки Софию Якой, хоть и пытался сузить псих-волну. Ладно, дальше без ауры.

Вассалы молчат, напуганные и ошеломленные, поэтому я продолжаю, скрестив длинные пальцы на столешнице:"

"— Господа, прошу поверить мне, ведь я лично отрубил Деймону кисти рук и отсек голову. Почему? Потому что он пытался убрать Аллу Настьеву, а я ее люблю и не дам в обиду, — оскаливаюсь акульей ухмылкой. — Но прошу присаживаться, нам есть что обсудить.

Главы родов с задержкой следуют моей просьбе. За их спинами застывают телохранители.

— Итак, Деймон почил, — веду монолог. — Сомнений больше ни у кого не осталось. Сразу после того, как СМИ узнали новость, котировки акций «Настьев Групп» упали в разы, но, к счастью, мы успели предотвратить страшное. Моя любимая София Бородова, — я кладу черную руку поверх белой ладони княгини и она ослепительно улыбается, лучась счастьем, — вовремя скупила девяносто процентов свободных ценных бумаг на бирже, а затем продолжала скупать у всех, кто их продавал.

Вассалы в шоке переглядываются.

— Ты ведь Перун? — подает голос седой аристократ Дрэкул. — Мы правильно понимаем?

— О, я забыл представиться? Простите, — усмехаюсь. — Я — поручик Перун, солдат Имперских мечей, а еще — Бесонов Артем, князь и глава Дома Бесоновых, к которому отныне принадлежите вы все.

— Что?! — вскакивают разом трое дворян. — По какому праву ты решил? Потому что скупил акции на рынке? Все равно ты не являешься полновластным владельцем корпорации. Никто не может им стать без акций Стефана.