Бесспорное правосудие

Сейчас маленький дворик, одно из красивейших мест в Мидл-Темпл, обволокло вечернее сияние ранней осени, и ветви огромного конского каштана словно вычертили геометрические световые фигуры на георгианских окнах, что усиливало атмосферу почти домашнего покоя восемнадцатого века. Крупная галька сверкала то тут, то там в тротуарах из йоркширского камня, словно их специально отполировали до блеска. Дрисдейл Лод подошел и встал рядом. Некоторое время они молчали, потом Лэнгтон отошел от окна."

"– Вот чего мне будет больше всего не хватать – призрачного света фонарей, – сказал он.

 – Правда, теперь, когда их включает автомат, это совсем не то. Раньше я смотрел, как приходит фонарщик и сам это делает. Когда процедуру отменили, казалось, целая эпоха ушла в прошлое.

Значит, он уходит, решился наконец.

– Все здесь будет скучать без вас. – Лод старался, чтобы в голосе не слышалось ни удивление, ни огор-чение.

Вряд ли мог прозвучать более банальный обмен мнениями по поводу решения, которого Лод с возрастающим нетерпением дожидался более года. Старику пора уходить. Нельзя сказать, чтобы он был очень стар, ему еще не исполнилось семьдесят три, но в последнее время внимательный взгляд Лода уловил постоянное и неумолимое оскудение физических и интеллектуальных сил шефа.

Сейчас он видел, как тяжело опустился Лэнгтон за стол, за которым сидел еще его дед и, как он надеялся, будет сидеть сын. Но эта надежда погибла, вместе с остальными, занесенная снежной лавиной в Клостерсе[3].

– Полагаю, дерево со временем срубят, – сказал Лэнгтон. – Люди жалуются, что из-за него летом в комнатах темно. Я рад, что топор к нему поднесут уже без меня.

Лод испытал легкий приступ раздражения.

Раньше Лэнгтон не был склонен к сентиментальности.

– Какой топор! – возразил он. – Скорее уж электропилу! Впрочем, не думаю, что на это решатся. Дерево охраняется государством. – Помолчав, Лод спросил с деланым равнодушием: – А когда вы собираетесь уходить?

– В конце года. Когда принимаешь такое решение, нет смысла тянуть. Я заговорил об этом с вами, потому что надо подумать о преемнике. Собрание членов коллегии состоится в октябре. Есть смысл обсудить это сейчас.

Обсудить? А что тут обсуждать? Они с Лэнгтоном стояли во главе коллектива последние десять лет.

Коллеги назвали их двумя архиепископами. Возможно, они говорили так с некоторым раздражением и даже насмешкой, но это отражало реальность. Лод решил быть откровенным. Лэнгтон становился все более рассеянным и нерешительным, но это особый случай. Лод должен знать, как обстоят дела. Если предстоит борьба, надо к ней подготовиться.

– Мне казалось, вы хотите видеть преемником меня. Нам хорошо работалось вместе. Я думал, коллеги по «Чемберс» к этому готовы, – сказал он.