(Без)условная любовь

Его так отец учил — никому не быть должным, адекватно оценивать свои силы и, если уж за что-то взялся, — доводить до конца.

Но с Катей это обсудить Андрей еще не успел. Хотел сначала убедиться на все сто, что все получится, а уж потом… Допускал даже, что будет молчать до того самого следующего года, ведь не знал, что хуже — незнание о не случившейся возможности или утраченная надежда.

Хотя… Парень был уверен — не выгорит этот вариант, он будет искать другой, а просто так не сможет Катю отпустить. Он не рисовал себе картин далекого будущего, общих детей и внуков, но не представлял своей нынешней жизни без нее.

Надышаться не мог, насмотреться, наслушаться…

Неделю дома просидел, и то истосковался весь. Каждый день просыпался с мыслью, что надо бы Разумовскому таки зубы пересчитать за нанесенный ущерб. Вот только ущерб больше был моральный чем физический. Благо, Катя приходила, когда выпадала возможность, писала часто, созванивались даже. Андрей никогда за собой такой болтливости не наблюдал…

И сейчас тоже — ночь на дворе, Катя уже спать должна, а он не сдержался, написал… Улыбнулся, когда ответ почти сразу пришел.

В принципе, он даже данный себе зарок не нарушил — в пятницу вечером девушку не трогал, дал с подругой наобщаться… но ведь сейчас уже как бы суббота…

Увлекся так, что не сразу услышал, что в замке провернулся мамин ключ…

* * *Наталья возвращалась со свидания чувствуя себя… школьницей. Шестнадцатилеткой, прямо как сын. Ветер растрепал укладку, щеки розовели так, что хотелось по холодной ложке к каждой приложить, губы разъезжались в улыбку вопреки отсутствию видимых поводов.

И причиной был не бокал шампанского, выпитый еще за ужином, а осознание того, что душа вдруг ожила… Почти десять лет провела в спячке, оплакивая погибшего мужа, а тут…

Они с Валентином провели великолепный вечер вдвоем — уютный ресторан, приятный разговор, легкая прогулка, оглянуться не успели — а уже глухая ночь… Наталья заспешила домой, Валентин пусть и хотел настоять — не отпускать, но решил не форсировать события.

Видно было, что она и так делает шаги навстречу, которые даются нелегко, так что ему, сложно подождать? Не сложно. Тем более, понятно, ради чего это ожидание.

Поэтому мужчина довез ее до дому, даже поцелуй сорвать умудрился, в машине, смято так, скомкано, но… она убежала, пряча улыбку и пылающие щеки, а это значило — в ней проснулась такая же девочка, как и в нем — юнец. Пятьдесят скоро, а они…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Андрюш? Ты чего не спишь?

Наталья вздрогнула, когда сын вышел из гостиной, щелкнул включателем, зажигая свет в коридоре.