(Без)условная любовь

Вдвоем тащили до квартиры на десятом те самые пакеты, вдвоем Кота кормили, которые все никак не мог уняться — орал возмущенно из-за того, что его людишки посмели на весь день куда-то смыться, одного оставив…

Пришлось заглаживать вину. В прямом смысле слова. И за ушком, и на шейке, и по спинке… По очереди, одновременно, снова по очереди.

— Завтра девичник у Веры…

— Ага, а у Санька — мальчишник…

Ближе к десяти они в гостиной устроились, Кот растянулся на свой максимум так, чтобы передние лапы и морда — на Катиных коленях, попа и задние лапы — на Андреевых, при этом урчалка у малого просто не выключалась.

Андрей обнял Катю, на руке узоры выводил, она же не сопротивлялась, голову на его плечо положила, наслаждалась…

— Стриптизеры будут?

— Пф, — Катя фыркнула, — сначала думали, а потом… Верка отказалась. Сказала, хочет тихо посидеть, поплакать, повспоминать. Не знаю, может из-за меня, но я не против. Так лучше даже.

— Это точно, нам с Саньком спокойней…

Катя не поленилась, голову подняла, посмотрела на Веселова с прищуром. Еще со школьных времен злилась из-за этой его привычки все под контролем держать. И пофиг, что они сами решили вечер провести без всяческих бесчинств. К их с Сашкой спокойствию это все равно никакого отношения не имело.

— А вы-то, небось, по бабам пойдете, — сказала с вызовом, в грудь пальцем ткнув… Андрей не знал, почему так, но этот жест у нее всегда хорошо получался. Находила самую болезненную точку интуитивно, и так надавливала, что реальность угрозы чувствуешь на все сто.

— Не пойдем, Саня тоже сказал, что не хочет он ничего. Ему бы жениться поскорее и забыть все это…

Андрей хмыкнул.

— Я его понимаю…

Катя снова голову на плечо Андрея положила. Не видела, как он в лице поменялся — взгляд остекленел, улыбка с губ слетела. На то, что и телом будто окаменел, внимания не обратила. А Кот это заметил, начал недовольно хвостом хозяина бить, посмевшего перестать водить по шерстке идеальной шелковистости.

— Давай билет твой сдадим, Коть, — сказал вроде как игривым тоном, а по факту — ни на секунду не играл, Катя усмехнулась же.

— Глупая шутка, Веселов. Я не могу так…

— Как «так»?

— Не приехать не могу. Питер ждет ведь, он столько сделал для меня, и я теперь его брошу? В такой важный день? Ни за что, даже не проси…

Андрей слушал и умирал будто. Вот поэтому он разговор-то и не заводил. Что-то подобное услышать боялся. Боялся, что время пройдет, она все по полочкам расставит, и уже не даст себе променять стабильного, надежного, пусть больше друга, чем любимого, но ни разу не предавшего. В отличие от него самого. И пусть теперь вроде как разобрались.