(Без)условная любовь

Из сотни кафешек в этом районе он каким-то образом выбрал именно ту, в который скатерть на столе поражала замысловатостью своего кружева, цветы поставили в самую утонченную вазу, а кофе принесли в легчайшем фарфоре.

— Вам не понравились? — слышно было, что Валентина слегка расстроил вопрос. И показательно, что первой в голову пришла не самая приятная мысль. В этом они тоже похожи.

— Наоборот. Это мои любимые, но я вам об этом не говорила.

— Значит, интуиция не подвела, хотя продавец и отговаривал… Предлагал розы… — мужчина улыбнулся, глядя сначала на цветы, а потом на женщину, которой они так шли.

Валентин не знал, что думает о нем Наталья, но сам он получал настоящее удовольствие как от разговоров с ней, так и от возможности просто любоваться… Красивая осень приходит не ко всем женщинам, но вот к Наталье она пришла поистине золотой. И это несмотря на все, что пришлось пережить в период жизненного лета…

История этой женщины, рассказанная ею же, поразила Валентина. Хотя во многом их жизненные пути были схожи, но он помнил, как сложно подчас было ему, а она ведь женщина, ведомая, но все пережила. Горе, сложности, обиды…

— Как дела у Андрея? — и продолжала переживать. Достойно, как считал Валентин.

Стоило мужчине вспомнить о ее сыне, Наталья прерывисто вздохнула. К психологу они больше не ходили, вел он себя в последнее время почти как раньше, но… Теперь Веселовой казалось, что она уже никогда не сможет быть просто спокойной за него, ведь и до этой чертовой вышки ничего особенного в его поведение не замечала…

— Он адаптируется. В новой школе…

— Новая обстановка, новые друзья?"

"— Вряд ли… Мне сказали, что не стоит ждать от него слишком многого так быстро… Все же эта… дурочка… сильную травму нанесла. Доверие, способность подпускать посторонних близко — для этого требуется какое-то время…

— Понимаю…

Наталья улыбнулась. Она знала, что он понимает. Поэтому и соглашалась каждый раз на встречи. Больше не с кем было обсудить. Больше никто искренне не сказал бы, что понимает. Разве что свекровь, но с ней разговоры были телефонными, довольно редкими, да и взгляды на многие вещи у них расходились.

— А как дела у ваших детей? Вы не передумали? Все же не поедете в гости?

Валентин глянул на женщину, потом в окно, мотнул головой. Он чувствовал в ее компании то же, что и она. Можно было искренне признаваться в своих мыслях и чувствах, говорить о страхах и обидах, ждать поддержки и получать ее.

Они провели в том кафе ровно час, отведенный на обед, обсуждая все, что могли успеть обсудить.