Возвышение Меркурия. Книга 11

А о том, что станет с вашей банковской системой, городами и торговым флотом, думаю и упоминать не стоит.

Та четвёрка, что представляла сильнейшие кланы Японии, чуть зашевелилась, обмениваясь взглядами. Понимаю. Они рассчитывали, что при самом плохом раскладе, им предложат разойтись без крови, забрав лишь часть земель и собственности Абэ. Например, половину. А сейчас выходило так, что дотянуться и вовсе ни до чего не выйдет. Потому как в противном случае, им придётся столкнуться с той самой силой, которой они всё это время опасались. Не говоря уже о том, что я и с ней как-то справился. Значит был ещё более опасен.

— А каков сложный путь? И зачем он тебе?

Взгляд Рио Фудзивара, устремлённый на меня из под белоснежных бровей, светился интересом. Я же погасил солнце, позволив японцам перевести дух и едва заметно усмехнулся.

— Как я уже говорил, вы можете получить самый лакомый кусок в истории Японии. Южные земли империи Цин.

Лица собеседников застыли неподвижными масками, а в глазах блеснуло сожаление. Да и оттенки разума показывали то же самое. Микадо, который не первый раз демонстрировал чудеса самообладания, вновь отреагировал первым.

— Маньчжурские варвары сильны. Восьмизнамённая армия собрана, войска Зелёного знамени тоже в строю. Родовые отряды на маршах. Ты хочешь, чтобы мы все погибли? Даже сила, которую ты забрал у Абэ — ничто на фоне того, что могут их Одарённые.

Я медленно кивнул.

— Возможно и так. Но во-первых, я располагаю не только этой силой. Иначе погиб бы во время первого столкновения с воинами Абэ. Во-вторых, я не предлагаю вам сражаться с армией Цин лоб в лоб.

Теперь их сознания демонстрировали определённое внимание и я довольно улыбнулся.

— Их войска сильны, но каждое Знамя — сборный корпус из множества родов. Многие из которых враждуют друг с другом, а некоторые и вовсе кровники. На время войны их объединяет воля императора. Она же заставляет идти вперёд, опасаясь кары за неподчинение. Но скажите мне, что произойдёт, если они начнут нести потери? Если члены родов начнут массово гибнуть на фронте, а в тылу заполыхают их особняки и заводы? Если их вера во всемогущество императора и страх перед ним, окажутся поставлены под вопрос?

Ответ был очевиден и так. Безусловно, Знамёна были громадной силой. Мощью, способной уничтожить любую армию мира. Возможно, окажись на границе Рюриковичи во главе всех княжеских дружин и регулярной имперской армии, силы оказались бы почти равны. Но даже в таких условиях, Цин могли завалить их трупами.

Основная проблема Восьмизнамённой армии — неповоротливость, отсутствие дисциплины и сегментированность. На бумаге всё было стройно и понятно. Но это всё же не военная структура, а иррегулярные части.