Возвышение Меркурия. Книга 11

Имён я не знаю!

На последней фразе, в его голове неожиданно всплеснулась сила.И этой короткой вспышки хватило, чтобы противник сорвался с места, бросившись к выходу.

Дверь была совсем недалеко, так что добрался он до неё одним рывком. Правда, дальше смертному не повезло. Та распахнулась прямо перед его носом, чудом не впечатав в стену, а на пороге показалась золотоволосая дева. С интересом посмотрев на замершего Хранителя, легонько ткнула его пальцем в лоб и тот отскочил, как вакханка от циклопа. А через пару секунд по телу промчалась мощная вибрация и смертный осел на пол.

Я едва успел зацепить кусочек «искры» и жреческое пламя, подтянув их к себе. Потому как ядра и весь остальной энергетический каркас моментально вобрала дочь океанского бога. Ещё и глянула на меня с укором. Как будто я своровал у неё из под носа законную добычу. Хорошо, что хотя бы души смертных не стремится сожрать — иначе у меня возникла бы моральная дилемма.

Слияние прошло быстро и почти безболезненно — к моменту, когда внутрь ввалились остальные, процесс уже завершился.

Зашедший последним Оболенский, задумчиво посмотрел на труп, который разорвало изнутри, превратив внутренности и солидную часть скелета в кашу.

Потом глянул на деву, что это сделала. И тут я его прекрасно понимал — если результат воздействия ещё можно было списать на Дар управления водой, то вот его способ кардинально отличался от вариантов применения силы, как смертными, так и богами. Но вот её суть, князь рассмотреть всё равно не мог — маскировку я поставил ещё во время пути к Стокгольму.

Сама она, ничуть не смутившись подошла ближе и наморщила нос, окинула подземный зал взглядом.

— У вас тут всегда воняет, как будто где-то за углом сдох кит?

Я пожал плечами.

— А ты всегда убиваешь первого, кто попадётся на глаза?

В её глазах появилось лёгкое возмущение.

— Я же видела, что это враг, который пытается сбежать. Ты что, думаешь, я просто так всё это время спала? Разум частично работал — я всю человеческую историю пять раз успела пересмотреть! Понимаю, когда что-то происходит не так.

Оболенский, с интересом глядя на деву, подкрутил усы и кивнув на пленника Хранителей, зычно поинтересовался.

— С этим-то что делать будем?

Собеседница чуть дёрнулась, поворачиваясь к кавалергарду, а я тоже посмотрел на связанного пруссака, чья душа едва держалась в теле. Покосился на Прохора. Потом на Оболенского.

Князь не был в курсе всей ситуации. С другой стороны, наверняка о многом догадывался. Да и возможности адъютанта всегда можно объяснить его уникальным Даром.

— Прохор, потренируйся в лечении. Попробуй закрепить душу на месте.

Кавалергард медленно повернул голову и внимательно на меня посмотрел.