Безбашенный

Как будто все еще не веря, что это — на самом деле я, что пришла к нему, что он — во мне. Сминает так жадно, будто боится, что все это — всего лишь сон и он сейчас развеется.

— Я здесь. Я с тобой. Я люблю тебя, Антооооон, — мой голос срывается, каждая буква вылетает из горда рвано.

И это становится какой-то кнопкой для него, спусковым крючком.

Его толчки внутри меня нарастают вместе с громкими, оглушительными хлопками наших бедер. Он срывается просто на безумно бешенный ритм, с каждым мощным толчком внутри меня высекая из глаз искры, — и я обхватываю его бедра ногами изо всех сил, впиваюсь ногтями в спину, чувствуя, как острое, такое сильное наслаждение, которого просто невозможно выдержать невыносимо выкручивает меня, заставляя изгибаться, комкать ногтями его кожу на спине, ослепляет до яркого свечения перед глазами, до пелены, в которую я проваливаюсь, все еще ощущая эти вспышки, эти прострелы, что прошивают меня насквозь.

И новая волна наслаждения прошибает где-то внутри, там, где сердце, когда он, хрипло выдохнув мое имя в последний раз, падает на меня, почти полностью придавив своим телом, а его тело продолжает еще биться в рваных судорогах…

Глава 38

Антон.

Я и правда до конца не верил в то, что она — здесь, со мной, что сама пришла.

До ощущения сорванной кожи боялся, что все это сейчас закончится, окажется сном, — из тысячи тех, которые мне снились все это время, казавшихся такими до невозможности реальными, и каждый раз, каждое пробуждение — как ударом молотка по голове!

Она не со мной, а руки все равно почему-то, не слушая разума, жадно метались по постели, все надеясь на то, что прикоснуться к ней, смогут ощутить ее тепло…

Не верил, — будто безумие на меня накатило.

И…

Блядь — разве она могла вот так сама ко мне прийти?

До разрыва сердца метался, пока искал ее, наплевав на выступление, прямо во время концерта — и после.

Отказавшись поехать со всеми, отправился домой, — это блядское дежавю меня разрывало на части.

Снова. Снова все повторилось. Я опять встретил ее, прикоснулся, — и не удержал!

Блядь, — я что, бесконечно обречен проживать эту пытку снова и снова?

Она на самом деле не хочет быть со мной, — наконец понял, засунув голову под холодный кран, чтобы хоть как-то остудить разрывающие меня чувства.

Хрен знает, что это было в подсобке — может, увидела и поддалась просто моему напору.

А после — пожалела и сбежала.

Да.

Все так и есть — других причин я просто не вижу!"

"И не хер обольщаться, вспоминая ее горячие поцелуи там, перед выступлением. Это был для нее какой-то странный порыв, а, может, просто моя страсть ей на секунду передалась.

Пора смириться и ставить точку.