Бездушный

С пафосом в конце своей речи я, каюсь, немного переборщил, но в целом, мне кажется, получилось внушительно. Лика, по крайней мере, спорить по этому поводу не захотела. Закусила губу, бросила быстрый взгляд на «охотника» и нехотя проворчала:

— Ладно уж. Перетерплю как-нибудь этого солдафона...

В итоге, Тура таки назначили комендантом. Он стал отвечать за общую подготовку города к обороне. Имеющихся в Пустограде стражников для этого дела, ясен пень, не хватало. Хочешь не хочешь, требовалось набирать ополчение.

Лике досталась задача обучить новобранцев стрельбе из лука и прочих... «метательных» принадлежностей.

Рейна взялась натаскать копейщиков, мечников и тех, кто хотя бы какое-то время сможет удерживать строй и отбивать чужие атаки на стенах, на улицах или в воротах-проломах.

К слову, за результат тренировок я не беспокоился. Пусть даже многие думают, что учить мужиков, как правильно драться, способны только мужчины, а женщин-наставников ученики будут воспринимать в лучшем случае снисходительно, к Лике и Рей, на мой взгляд, это совершенно не относилось. Во-первых, бойцы они, как я успел убедиться, были великолепные (и уже многие вгороде знали об этом не понаслышке), а что до учительства, так тут, как мне кажется, наоборот, их подопечных соревновательный принцип будет только подстёгивать. Ведь ни одному нормальному мужику не захочется выглядеть в боевых навыках хуже каких-то девиц, пусть даже весьма симпатичных...

Аршафу наставнические должности не предлагали. Обязанности ему накидали строго по профилю: разведка, тайные операции, связь с криминалом (как нашим, так и в рядах противника), выявление настроений в войсках, работа с личным составом... Судя по кругу задач, из него получился эдакий смершевец-диверсант. Насколько хороший, покажет время, а пока я дал ему своего рода карт-бланш: делай что хочешь, но результат обеспечь. «Вор» (или «судья» — я так и не определился, кем его больше считать) против такого подхода не возражал.

Получив вводные, соратники двинулись в город выполнять намеченное на совещании.

Я же, потратив пару минут на составления списка «личных» потребностей, вызвал самого расторопного из слуг, назначил его временным ординарцем и оправил с письмом к Балию.

Часть из того, что нужно, притащили уже через двадцать минут, после чего мне на несколько долгих часов пришлось попросту вывалиться из реальности, превратившись в увлёкшегося любимым делом портного.

Отлично выделанный «отрез» мягкой, но достаточно прочной кожи я кроил на полу — портить ради этого стол было откровенно жалко, да и не подходил он для кройки, ни по размеру, ни по фактуре поверхности. Остро заточенный нож, «позаимствованный» в своё время у одного из убитых гвардейцев, резал достаточно ровно, хотя и не без проблем.