Безрассудная

Внутренний голос призвал Эйлис не уступать, но она с легкостью его проигнорировала, уступив громким крикам своих желаний. До этого момента она думала согласиться на требования Александра из соображений мести. Теперь она обнаружила, что не только слабеет от его прикосновений, но и сама желает продолжения. Но когда эта мысль мелькнула в ее голове, Эйлис с легкостью отбросила и ее. В следующее мгновение она уже исследовала его гладкую кожу. Сейчас девушку больше всего заботило, чтобы поглощавшие ее восхитительные ощущения не прерывались.

Эйлис энергично двигала ладонями по спине Александра, потом перевела руки на его мускулистую грудь. На этой груди почти не было волос, кроме мягкого светлого треугольника. Она легонько потерла ладонями по его соскам и почувствовала, как они затвердели. Когда она медленно провела пальцами вниз по тонкой линии нежных волос к поясу его брюк, Александр вздрогнул. С его губ сорвался легкий стон, и он принялся осыпать поцелуями ее длинную шею. Она поняла, что он захвачен тем же чувственным вихрем, что и она.

Александр начал опасаться, что не сможет продолжать медленно, как следовало. Ее застенчивые прикосновения быстро лишили его легендарного самообладания. То, как она загоралась под ним, опьяняло и вызывало в нем страсть такой силы, которую он не испытывал никогда прежде. Это одновременно и побуждало его действовать дальше, и тревожило.

– Чудесно, – пробормотал он, накрывая ее полные груди своими ладонями и проходя по кончикам грудей языком. – Я хочу услышать, как ты произносишь мое имя.

– Александр. – Она простонала, и этот стон был вызван как чувством наслаждения, так и мольбой продолжать дальше сладостное мучение, от которого затвердели ее соски. – Ах, мне даже больно!

– Да, и я знаю от чего, Эйлис. – Александр накрыл губами горошины сосков и начал легонько их посасывать.

Из ее груди вырвался тихий, полный чувства звук, вызванный наполнившими ее ощущениями. Ее тело выгнулось, желая коснуться его бедрами. Когда Александр переменил позицию и твердое доказательство его собственного возбуждения прижалось к ней, Эйлис всхлипнула. Она обхватила ногами его тело и резко притянула его к себе. Ее крик был вызван больше освобождением от напряжения, чем изумлением, когда он подсунул руку между их телами, чтобы ласкать теплый центр ее желания. Чувство освобождения росло по мере того, как Александр погружал пальцы глубже. Когда Александр выпрямился, чтобы сбросить с себя последнюю одежду, Эйлис не сделала попытки отстраниться. Невидимые цепи, которыми он приковал ее к себе своими прикосновениями и поцелуями, стали еще крепче при виде его стройного, сильного тела. Несмотря на это, она немного пошевельнулась при виде его полностью поднявшегося мужского естества.