Безродная. Магическая школа Саарля

Не спорю, есть помешанные на благородных предках в каком-то там колене, но точно могу сообщить: обычно снобы – бывшие безродные, только они могут кичиться своим титулом. Семья Алларианша не из таких, хотя воспитание у него отвратное, во всяком случае было, когда я его встретила.

– Ты правда думаешь, что я могу быть с ним? – с легким недоверием поинтересовалась Вэйша. Я задумалась всего на миг, стоит ли так опрометчиво давать девушке надежду? А вдруг и там за год что-то поменялось? Но все же решила: в крайнем случае подключу отца, поэтому уверенно кивнула. В глазах подруги блестели слезы радости.

Она хотела поверить в свое счастье и боялась надеяться.

– Я уверена, – подмигнула подруге, стараясь ее приободрить.

Сама же в этот момент думала о маркизе. Пришло вдруг на ум, что на балу могут возникнуть проблемы, когда его отец увидит, что сын пришел не с потенциальной невестой, а с той, кого называют безродной. Что-то в роду Киэртарских произошло, если маркиз решился на договорной брак. Как бы это деликатно узнать? И у кого? Вряд ли Сайлаш осведомлен, наверняка сгоряча сам сказал бы.

– Знаешь, ты не похожа на всех этих кичливых аристократок, хоть и из их числа.

 – Вэйша присела на мою кровать. – Даже в школе нет ни одной, спокойно и без пренебрежения общающейся с безродными. Только не говори, что тебя ситуация обязывает, не поверю. Сразу видно, ты другая.

– Мой отец всегда говорил, нельзя зарекаться ни от острога, ни от бедности. Никто не знает, как повернется судьба. Враг может подать руку помощи, а друг пренебрежительно фыркнуть и отвернуться. Да и люди, по сути, все равны. Никто не виноват, что одним повезло родиться в семье с гербом, а вторым без оного.

Так что подбери сопли, прекращай философствовать, пора отдыхать. Завтра ранний подъем, будем делать из тебя если не королеву, то принцессу точно, – подмигнула подруге.

– Я всю свою жизнь прожила бок о бок с аристократами, но ни разу не видела от них лояльности. Они все как под копирку. Если не воротили носы открыто, то и расположения не выказывали. Кто мы для них? Рабочая сила, хорошо, если наемная, но ведь многие отдавали себя в кабалу за участок земли, за еду для семьи, да мало ли за что? – с горечью посетовала Вэй. – Оттого и удивительны твои слова.

Я никогда не верила, что такое возможно в принципе. Но, глядя на тебя, вижу – возможно. Хотя сказали бы мне раньше, ни за что не поверила бы, еще б и посмеялась над шутником.

– Так, хватит нюни распускать, не хватало нам красные глаза лечить. Быстро взбодрись, а то будешь на упырицу похожа, тогда и сам Алл испугается, сделает меня крайней, до чего я тебя довела, – весело проговорила и стиснула скулы подруги, строя рожицу.

Она улыбнулась. Горечь пропала, уступив место незамутненной радости.