Безымяныш

Лучше нам пустоту охранять или даже таскать волокуши, помогая муравьиным бригадам.

* * *Болото? Родной гнилостный запах не спутать ни с чем. Мы стоим на стене, как всегда при скачке. Перед нами подёрнутый дымкой тумана простор. Тут и там из клубов низкой хмари выступают верхушки невысоких деревьев, словно тёмные островки в море серости. Не сплошная топь — пройти можно. И это погано. Погонят в поход.

— Нора!

Быть не может! Снова Чудик заметил. То есть, выкрикнул первым. Так-то чёрное жерло воронки увидели все. Вот удача — висит всего в сотне шагов от стены возле ветки корявого дерева, прямо напротив нас.

— Я нашёл! Я нашёл!"

"— Закати губу. Наградные тут не за что брать, — успокоил Матвей пустившегося в пляс Кузю.

— Ох, и принесло нас, — пробурчал отчего-то помрачневший лицом Глист.

Вот йок… Угораздило же в последнюю седмицу в какое-то поганое место попасть.

— Что за край? — поинтересовался я у бывалого безымянного.

— Гнилые болота, — скривился тот. — Добыча тут добрая, но взять её сложно. Опасные места. В том обороте наш отряд здесь аж восьмерых потерял. Тяжёлая седмица нас ждёт.

— Смотрите! Капитан!

Все повернулись на возглас Косого. И действительно, в нашу сторону по стене от ворот быстрым шагом поспешал командир кулака. Интересно, чего ему надо? Какие-то особые указания даст?

— Матвей, — подходя, окликнул Капитан нашего старшину. — Это же кто-то из твоих первым нору заметил?

— Да, господин капитан. Чудик выкрикнул первым. Но разве…

— Правила не мною придуманы, — перебил его капитан. — Нашедший небелую нору отряд обязан её охранять до закрытия. Отправляй пустоту за досками. Сколотите побольше щитов, чтобы сухой путь к островку положить, лестниц притащите подлиньше — и, чтобы к приезду лордов всё было в лучшем виде.

Задача ясна?

— Так точно, господин капитан. Будет сделано.

Вот тебе и закати губу. Не знаю, как с наградными для Чудика, но как меня-ценного оградить от опасности, хотя бы на день-другой, капитан придумал. Поход вглубь болот на время откладывается. Замечательно!

* * *Эта топь, по крайней мере в той своей части, что оказалась у стен, мало походила на родную мне Гиблую гниль. Никакой воды — только густая, покрытая травянистыми кочками жижа, куда более плотная, чем та, по которой я ползал на ползанках.

По ней можно даже и ногами идти, внимательно путь выбирая. Безымянные из других отрядов соврать не дадут — уже утопали все, кроме нас.

К башмакам примотали широкие плоские досточки, чтобы меньше проваливаться, обвязались общей длинной верёвкой, позволяющей быстро вытянуть из трясины товарища, если кто-то завязнет, копья заместо шестов — путь прощупывать — и спокойно по болоту идут вереницей.