Битая карта

Спорил о том, оказывать или нет Грегору Джеку громадную услугу. Аргументы против: он ничем не обязан Грегору Джеку и должен сохранять объективность — разве не об этом ему говорил Лодердейл? Аргументы за (всего один аргумент): это можно рассматривать не как услугу Джеку, он просто выведет на чистую воду ту крысу, что его подставила. Он принял решение.

— Крис, я хочу сказать тебе кое-что…

Кемп почувствовал, что тут пахнет чем-то горячим.

— От названного источника?

— Боюсь, что нет.

— Но хоть достоверное?

— О да, достоверность я тебе гарантирую.

— Давайте. Я слушаю.

Последняя возможность дать задний ход. Нет, не будет он давать задний ход.

— Я могу тебе сказать, почему Грегор оказался в борделе.

— И почему же?

— Сначала я хочу узнать кое-что. Ты от меня ничего не утаиваешь?

Кемп пожал плечами:

— По-моему, нет.

Но Ребус не поверил. Правда, у Кемпа не было никаких резонов вообще что-либо говорить Ребусу. А Ребус собирался сказать ему только то, что хотел сказать. Полминуты они просидели в молчании — не друзья и не враги, скорее они напоминали солдат, которые вылезли из траншей на Рождество, чтобы попинать мяч с противником.[41] Ребус вспомнил: он знает кое-что, интересующее Кемпа, — откуда у Рональда Стила его прозвище…

— Ну, — сказал Кемп, — так почему он там оказался?"

"— Потому что кто-то сказал ему, что там работает его сестра.

У Кемпа вытянулись губы.

— Она проститутка, — пояснил Ребус. — Кто-то неназвавшийся позвонил ему и сказал об этом. И он отправился туда.

— Очень глупо с его стороны.

— Согласен.

— И она действительно оказалась там?

— Да. Она называет себя Гейл Кроули.

— Вы уверены?

— Уверен. Я только что с ней общался. Она все еще в Эдинбурге, продолжает работать.

Кемп говорил ровным голосом, но глаза его зажглись:

— Вы понимаете, что это сенсация?

Ребус пожал плечами, ничего не говоря.

— И вы хотите, чтобы я об этом написал?

Снова пожатие плечами.

— Зачем?

Ребус разглядывал пустую кружку у себя в руке. Зачем? Затем, что, когда об этом станет известно, можно будет считать, что план анонима провалился, по крайней мере пошел по другому сценарию. А в этом случае он обязательно попробует что-нибудь еще. Но если попробует, Ребус будет наготове…

Кемп кивнул:

— Хорошо, спасибо. Я подумаю.

Ребус тоже кивнул. Он уже жалел о решении поделиться информацией с Кемпом. Кемп был журналистом, которому еще предстояло сделать себе имя. Никто не мог знать, что он приплетет к этой истории. Можно ее повернуть так, что Джек будет выглядеть добрым самаритянином, а можно — что подлецом.

— Ну а пока мне нужно принять ванну, чтобы успеть на эту встречу, — сказал Кемп, поднимаясь с кресла.

— Хорошо, — сказал Ребус, тоже вставая и ставя кружку в мойку. — Спасибо за кофе.

— Спасибо за молоко.