Битая карта
Инспектор Ребус снова в Эдинбурге — расследует кражу антикварных книг и дело об утопленнице. Обычные полицейские будни. Во время дежурного рейда на хорошо законспирированный бордель полиция «накрывает» Грегора Джека — молодого, перспективного и во всех отношениях образцового члена парламента, да еще женатого на красавице из высшего общества. Самое неприятное, что репортеры уже тут как тут, будто знали… Но зачем кому-то подставлять Грегора Джека? И куда так некстати подевалась его жена? Она как в воду канула. Скандал, скандал. По-видимому, кому-то очень нужно лишить Джека всего, чего он годами добивался, одну за другой побить все его карты. Но, может быть, популярный парламентарий и правда совсем не тот, кем кажется? Инспектор Ребус должен поскорее разобраться в этом щекотливом деле. Он и разберется, а заодно найдет украденные книги.
Одному из них пришлось придержать своего пса, который хотел было разузнать поподробнее, что тут происходит. Пес забился под стол и облизнулся…
Местный колорит в исполнении Джона Ребуса.
* * *Наконец они нашли отель неподалеку от Даффтауна. Было договорено, что они втроем проведут там ночь. Ребус хотел было спросить у миссис Уилки, не найдется ли у нее свободных комнат, но потом передумал. Они переночуют в отеле, а утром встретятся с Ребусом в «Гнезде глухаря». С утра пораньше — кое-кому нужно возвращаться к делам.
Когда Ребус вернулся в коттедж, миссис Уилки вязала у газового нагревателя и смотрела фильм по телевизору.
— Хочу пожелать вам спокойной ночи, миссис Уилки.
— Баиньки, сынок. Не забудь помолиться перед сном. Я попозже загляну, посмотрю, не сбросил ли ты одеяло…
Ребус приготовил себе чашку чая, поднялся в свою комнату и подпер стулом ручку двери. Потом открыл окно, чтобы впустить побольше свежего воздуха, включил собственный маленький телевизор и упал на кровать. С телевизионной картинкой что-то было не так, и у него не получалось ее исправить.
* * *На следующее утро Ребус проснулся с дурным предчувствием. Он опасался, что повернет голову и увидит рядом с собой миссис Уилки, которая скажет ему: «Ну-ка, Эндрю, приступай к супружеским обязанностям». Он повернул голову. Миссис Уилки рядом не было. Она была за дверью — пыталась войти.
— Мистер Ребус, мистер Ребус. — Тихий стук, потом громкий.
Ребус уже успел одеться наполовину.
— Иду, миссис Уилки.
Но старушка пребывала в панике.
— Вы заперты, мистер Ребус. Дверь заело! Позвать плотника? Боже мой!
— Подождите, миссис Уилки, я, кажется, знаю, в чем дело. — Не застегнув рубашки, Ребус навалился всем телом на дверь, чтобы она не открылась раньше времени, и одновременно убрал стул, отпихнув его поближе к кровати, потом изобразил, будто обстукивает кулаком дверную обвязку, и лишь после этого открыл дверь.
— С вами все в порядке, мистер Ребус? Боже мой, такого никогда не случалось. Боже мой…
Ребус взял блюдце и чашку у нее из руки.
— Спасибо, миссис Уилки. — Он демонстративно потянул носом. — Кажется, я чувствую приятный запах из кухни?
— Ах да, завтрак. — И она пошлепала прочь вниз по лестнице. Ребус чувствовал себя немного виноватым за трюк с «заклинившей» дверью. Он решил показать ей после завтрака, что на самом деле с дверью все в порядке и нужды вызывать доморощенного плотника нет.

















