Битва желаний

— Почему… почему ты не на международном совещании?

— Дело в том, — медленно проговорил он, — что я задавал себе этот вопрос много раз. Я спрашивал себя об этом, когда оставил семь человек, которым был необходим мой голос для решения очень важных вопросов. Спрашивал по дороге сюда, когда мою соседку в самолете рвало в пакет.

Лорен нервно хихикнула. Он был взвинчен, сердит, но не взбешен. Значит, Филип тут ни при чем."

"— Я задавал себе этот вопрос, — продолжил он, делая шаг вперед, — когда фактически вышвырнул из такси старика, чтобы поехать самому, потому что боялся не застать тебя.

Лорен отчаянно пыталась понять его настроение, но не могла.

— Ну а теперь, когда ты здесь, — сказала она дрожащим голосом, — чего ты хочешь?

— Тебя.

— Я уже говорила тебе…

— Помню, — нетерпеливо перебил ее Ник. — Ты говорила, что я слишком стар и циничен для тебя, так?

Она кивнула, хотя и не помнила этих слов.

— Лорен, я только на два месяца старше, чем был в Харбо-Спринг. Хотя и чувствую себя так, как будто прошли годы. Но ты не считала, что я стар для тебя, и, по правде говоря, я и сейчас так не думаю. А теперь я разгружу твою машину, и ты начнешь распаковывать вещи.

— Я уезжаю домой, Ник, — сказала Лорен спокойно.

— Никуда ты не поедешь, — твердо возразил он. — Ты принадлежишь мне, и, если ты меня вынудишь, я отнесу тебя в спальню и там заставлю признать это.

Лорен знала, что он так и сделает, и отступила еще на шаг:

— Этим ты всего лишь докажешь, что физически сильнее меня. Дело не в том, буду я сопротивляться или нет. Главное — то, что я не хочу принадлежать тебе ни в каком смысле.

Ник улыбнулся:

— А я хочу принадлежать тебе во всех смыслах.

Лорен почувствовала, как у нее бешено забилось сердце. Что стоит за этими словами — «принадлежать тебе»? Однако какое-то внутреннее чувство подсказывало ей, что он не предлагает ей брак, но по крайней мере он предлагает себя. Если сейчас рассказать ему о Филипе Витворте?

Ник заговорил снова, и его голос дрожал от нетерпения:

— Я такой аморальный, беспринципный циник; подумай, как ты можешь исправить мой характер! Это поднимет мировую нравственность.

Лорен начала терять контроль над собой. Ее одновременно душили смех и слезы. Она наклонила голову, чтобы вытереть глаза, и роскошные волосы плотной завесой закрыли ей лицо. Она уже была готова стать героиней банальной истории: влюбленная секретарша вступает в тайную любовную связь со своим боссом, Готова была поставить на карту свою гордость, чтобы еще раз ощутить его поцелуи. И даже не боялась того, что он может возненавидеть ее, когда узнает о Филипе.

— Лорен, — сказал Ник хриплым голосом, — я люблю тебя.

У нее закружилась голова. Не веря своим ушам она подняла на него глаза, полные слез.

— Не плачь, — попросил он.