Битва желаний

После секундного промедления, нестерпимого для Лорен, на его загорелом лице появилась улыбка.

— Это самое лучшее предложение, которое я получил за сегодняшний день.

Вместо того чтобы показать ей, куда ехать, Ник сам повел машину. Через несколько кварталов он свернул с Джефферсон-авеню и с трудом нашел место на стоянке около кирпичного трехэтажного домика, как будто сошедшего с картинки в детской книжке.

Над дверью на вывеске из темного дерева вдавленными золотыми буквами было написано:» У Тони «. Они вошли в темный зал с дубовыми полами. Это был маленький уютный ресторанчик. Столики до блеска отполированы, на грубых кирпичных стенах развешаны в художественном беспорядке горшки и сковородки. Солнце лилось сквозь цветные оконные стекла, а салфетки в крупную бело-красную клетку усиливали ощущение почти домашнего тепла и спокойствия.

Официант встретил их около двери, вежливо поприветствовал Ника и проводил их к единственному в зале свободному столику. Ник отодвинул для Лорен стул, она села и с любопытством огляделась вокруг. Женщин было немного, в основном мужчины. Большинство из них были в костюмах и галстуках, и только трое, включая Ника, — в слаксах и спортивных рубашках с открытым воротником.

Около их столика появился старший официант, при виде Ника на его лице расцвела улыбка.

— Рад снова видеть тебя, мой друг. Затем он подал им огромное меню в кожаной обложке.

— Нам, пожалуйста, фирменное, Тони, — сказал Ник и в ответ на лукавый взгляд Лорен добавил:

— Фирменное блюдо — это сандвич по-французски. Подходит?"

"Поскольку Лорен пригласила его на ленч, то она подумала, что он спрашивает ее разрешения, чтобы заказать что-то дороже, чем обычный сандвич.

— Пожалуйста, заказывай, что хочешь, — сказала она легко. — Мы празднуем мое поступление на новую работу, и я могу себе позволить пошиковать.

— Как ты думаешь, тебе понравится жить в Детройте? — спросил он, когда Тони, который, по-видимому, был владельцем ресторана, ушел. — Ведь для провинциалки из Миссури это огромный город.

Провинциалка? Лорен была озадачена. Обычно она не производила на людей такого впечатления.

— Мы жили в пригороде Чикаго до того, как умерла моя мать. Мне тогда было двенадцать. После этого мы с отцом переехали в Фен-стер штата Миссури, в город, где он вырос. Он устроился преподавателем в школу, в которой сам учился в детстве. Так что, как видишь, я не совсем провинциалка.

Выражение лица Ника не изменилось.

— Ты единственный ребенок в семье?

— Да, но когда мне было тринадцать, мой отец вновь женился. Вместе с мачехой я приобрела сводную сестру, старше меня на два года, и сводного брата, который старше меня на год.