Битва за Мариуполь. Документальный роман от очевидца событий

Егор переключился на «подствольник» и забросал гранатами небольшую группу неонацистов во дворе одноэтажного дома. Здесь частный сектор примыкал к девятиэтажкам. Выпуская гранаты «навесом», боец сковывал маневр врага. Причем ВОГ-25 имел противную особенность при разрыве давать множество мелких осколков, которые не столько убивали, сколько ранили.

Пригибаясь, подбежал пулеметчик, плюхнулся рядом, поставив оружие на сошки.

– Жахни туда! – указал Егор рукой.

– Ага! – выдохнул стрелок.

Мощный пулемет Калашникова загремел глухо, подавляя ответный огонь противника. Несколько длинных очередей – и путь свободен.

Егор для верности выстрелил туда же из подствольного гранатомета. Он услышал, как в общей какофонии боя, которая стала просто звуковым фоном, отчетливо хлопнул взрыв его гранаты.

* * *– Медика сюда! Быстро!

Егор прекратил стрельбу и кинулся на помощь.

– Командир роты ранен, пуля в шею, много крови, – сообщил очень большую неприятность один из бойцов.

– Хреново, – заключил полевой медик, надевая хирургические перчатки.

Но на деле все оказалось не так страшно: пуля ударила в пластину бронежилета и разрушилась, а ее осколки, в том числе оболочка, исполосовали шею. Крови, конечно, было много, и смотрелось это страшно, но Егор быстро и аккуратно наложил давящую повязку, остановив кровотечение. Вокруг шеи намотал плотный бинтовой «воротник», мало ли, может, еще и позвоночник поврежден. Рентген покажет, но до него еще добраться надо… Все это время капитан, командир роты, оставался в сознании и негромко ругался сквозь зубы.

– Сильно болит?

– Жжет, подлюка!

– Потерпи, капитан, все теперь обойдется… Орден получишь!

Подбежал командир медвзвода, придерживая автомат на ремне. Его лицо потемнело от пороховой гари.

– Что тут?

Егор коротко объяснил. Лейтенант медслужбы Громов только кивнул, одобряя действия подчиненного.

– К нам, под броню. Будем вывозить вместе с остальными.

* * *Бой продлился еще некоторое время, но психологический перелом уже наступил – «укропы» побежали. Некоторые, наглухо заблокированные, предпочли сдаться. Пленных разоружали и тут же раздевали до пояса, искали нацистские татуировки. У кого находили – без разговоров в расход. Нацистам не место на земле Донбасса. Остальных украинских солдат на грузовиках под охраной отправляли в тыл.

А бронированный гусеничный тягач под прикрытием двух боевых машин пехоты БМП-2 затормозил у полуразбитой школы. Егор прислонился к броне и дрожащими от нервного напряжения пальцами набивал патронами из пачек опустевшие автоматные магазины. Он снова пристегнул спаренные пулеметные рожки на 45 боеприпасов.

Лейтенант Дима Громов занимался тем же.