Забывший имя Луны

– Что?! С чего ты взял? – встревожился Аполлон.

– Я ничего не знаю про то, что внутри меня. Когда я смотрю прочь – я вижу дома, деревья, машины, людей. Когда я смотрю внутрь – я не вижу ничего. Только темнота.

Аполлон приблизился и осторожно обнял широкие, худые плечи мальчика. Кешка рванулся было, но потом замер от неожиданной ласки."

"– У тебя амнезия, Кеша, – медленно, подбирая слова, начал Аполлон. – Это означает, что ты не помнишь части событий своей жизни. Наверное, это как-то связано с тем, почему ты оказался один в лесу, почему забыл человеческую речь.

Должно быть, там произошло что-то страшное, и твой мозг, защищаясь, попросту стер эти воспоминания, а вместе с ними и вообще всю память о раннем детстве. Ты ведь когда-то жил среди людей, в этом у меня нет никакого сомнения. Тебя даже учили читать, считать. Я видел, как ты обучался у бабы Дуси. Многое ты попросту вспоминал, сам не зная об этом…

– Я вспоминал…иногда…во сне, – мучительно морщась, вымолвил Кешка. – Потом не помнить, когда проснусь. Голова болит.

– Может быть, сейчас еще не время, – мягко сказал Аполлон. – Сейчас у тебя слишком много новых впечатлений, ты не готов… Ты совсем не помнишь своих родителей, свою семью?

– Родителей – нет.

Семью – нет. Помню Полкана. Потом Друга.

– Вероятно, Полкан – это ваша дворовая собака, которая осталась с тобой после какого-то несчастья. А Друга ты подобрал сам?

– Да, он тонул, во время паводка. Логово размыло. Наверно, на берегу, под корнями было. Волчица, наверно, носила их, она только по одному может, его – не успела. Я его из Кривого ручья выловил, он захлебнулся уже, за корягу зацепился.

– И сколько тебе тогда было лет?

– Лет?

– Ах да, ты же не знаешь своего возраста…

– Сейчас, согласно документу, четырнадцать, – вспомнил Кешка.

– У тебя есть документы?! – изумился Аполлон. – Что ж ты раньше-то молчал? Покажи!

– Подожди! – усмехнулся Кешка. – Сейчас сбегаю, принесу. – Он быстро спустился в неосвещенный и неотапливаемый подвал, куда перенес свой тайник, осторожно извлек из мешочка драгоценный листок и, бережно прижимая его к груди, вернулся к Аполлону.

– Вот, – важно сказал Кешка, протягивая Аполлону листок.

Тот удивленно поднял брови, однако, развернул листок и принялся послушно читать.

Постепенно лицо Аполлона, человека в общем-то светлого и оптимистичного, ощутимо темнело.

– Вот, значит, как, – сквозь сжатые зубы пробормотал он. – Вот такие, значит, документы. Кто ж тебе их справил-то?

– Алекс. А что? – тревожно-удивленно переспросил Кешка.

– Да ничего. Сволочи! – Аполлон энергично рубанул рукой воздух. – Значит, так. Никакой это не документ, а просто справка, данная, насколько я понимаю, врачом-психиатром.