Забывший имя Луны

 – Вы думаете, что я его спрятал. Стало быть, мальчик в безопасности. В чем же дело? О чем вы суетитесь?

Я почувствовала легкое смущение. В словах Виталия безусловно присутствовала логика. И вместе с тем он не был прав. Сумею ли я ему объяснить?"

"– Сумею ли я вам объяснить? – спросила я вслух. – Во всяком случае, попробую. У меня просто нет другого выхода.

В первую очередь, спрошу: знаете ли вы, что за опасность угрожает Кешке и в чем ее первопричина?

– Не знаю и знать не хочу, – Виталий сопроводил свои слова отстраняющим жестом.

– К сожалению, без этого ничего нельзя понять, – решительно возразила я. – Поэтому, в двух словах…

Я вполне ожидала, что сенсэй оборвет меня на полуслове, возможно, даже выставит из подвала. Но он безучастно дослушал мой рассказ до конца.

– И что же с того? – равнодушно поинтересовался он, когда я закончила. – Вы – музейный работник и тоже охотитесь за этими сокровищами? Считаете, что Кен, как потенциальный ключ к ним, должен принадлежать не банде Алекса, а вам и государству в вашем лице?

– Вы называете его Кеном?

– Мне так удобнее.

– Мне на хрен не нужны эти сокровища, – тихо сказала я. – Но я хочу, чтобы ключ к ним, как вы выразились, вырос вменяемым, полноценным и по возможности счастливым человеком. Для этого у нас (не у государства, а у нас – вполне обычных, но сочувствующих мальчишке теток), есть возможности. Вы же можете обеспечить его развитие лишь в пределах вашего собственного мировоззрения и личной истории. Скажите, вы уверены в том, что, когда к прошедшему вашу выучку Кешке вернется память, он не превратит доставшееся ему национальное достояние в деньги и слитки, и не купит на них снаряжение для вооружения собственной банды или даже армии? Или это будет элитная школа для подготовки нинзя? Или это и есть ваша собственная цель? Ставка в вашей игре? Тогда, разумеется, я пришла к вам напрасно, и, к тому же, поставила на кон свою и ленкину жизнь…

Тускловатые глаза Виталия вдруг на мгновение бешено блеснули, и я поняла, что в чем-то мой блеф достиг цели. Мне, признаюсь, сделалось жутковато.

Он так и не пригласил меня сесть (впрочем, для этой цели в зале годилась лишь длинная, низкая скамейка). Мы оба стояли. Его босые, темно-коричневые ступни с лиловыми жилами ни разу не переступили с начала разговора. Я была на пару сантиметров выше его ростом. Он – значительно шире в плечах. Олег и Ленка ждали меня на улице. В соседнем доме мы видели пышечную. Наверное, они сейчас сидят там и едят масляные, горячие пышки, словно кисеей укрытые сахарной пудрой.

– Виталий, вы любите пышки? – спросила я и облизнулась.

– Хорошо, пойдемте, – неожиданно согласился он.

– Вы пойдете босиком и в халате?

– Я переоденусь. Вы подождете здесь.