Заставь меня остановиться

Я сегодня не намерен проводить реанимационные мероприятия.

— Хватит. Ну не могу я так. Это пошло по отношению к Егору.

— Что-то ты о нем не думала, когда обменивалась со мной слюной и жрала мои губы. Кстати, сейчас ты на них пялишься.

— Да прям. На носогубные складки я ваши смотрю. Они ужасные. И вообще, мне нельзя на ночь уходить. Мне надо вернуться домой.

— Взрослая девчонка, а все домой тебе надо. Я чего-то не знаю и у тебя там дите малое?

— Какое дите?

— Твое, Ань. Чего ты тупишь?

— У меня нет детей. Хватит нести чушь. Я вообще дева невинная.

— Ага. Невинная, — улыбается, потирая рукой лоб. — Садись.

Ну какой же козел. А ведь он меня как ни крути считает какой-то прости Господи. Возможно, эта вылазка осуществлена только с целью затащить меня в постель и поставить галочку. Возможно, Егору насолить. Ведь между ними так или иначе своего рода война.

— Да что ж ты такое нерешительное желе?! — с силой надевает на меня дебильный шлем и, взяв меня под руку, фактически усаживает на мотоцикл. Садится на него сам и берет мою руку. — Обними меня, тормоз.

— Я без лифчика, — тихо произношу я, обняв Лукьянова двумя руками.

— Зачем мне сейчас эта информация?

— За тем, что не надо меня везти ни в какой ресторан. У меня все просвечивается."

"— Буду знать. Ну я туда и не собирался. Дорого и нечего пожрать, — мда… Подорожник и одуванчик — это явно предел. Хотя еще крапива есть. Она, кажется, тоже цветет. — Держись за меня крепко. И без резких движений. И желательно молчи — я все равно тебя не услышу. Вопросы есть?

— Да. Почему на мне шлем есть, а на вас нет?

— Давай договоримся — вне больницы на «ты».

— Допустим. Так почему?

— Ну, кто-то же должен быть красивым. Сегодня это буду я, — сказать что-то колкое в ответ я тупо не успела. Мы рванули с места и вот тут я поняла, что такое крепко обнять Лукьянова.

Глава 25

Когда, по ощущениям, примерно через полчаса мы заехали в какой-то совершенно непрезентабельный, откровенно говоря, страшный и темный двор, у меня в голове включился тумблер повышенной опасности. Сейчас я напрочь позабыла о том, что всю дорогу я сжимала Лукьянова и тащилась от его мышц. Капец. Он еще и останавливается у одного из подъездов.

— Мы так не договаривались, — первой подаю голос, вскакивая с мотоцикла, при этом снимая с головы дебильный шлем.

— Ты о чем? — хмуро интересуется Лукьянов, равняясь со мной.

— Я думала мы поедем в какую-нибудь… шавермочную.

— Я не ем уличную шаверму, Аня, и тебе не советую. А исходя из того, как ты одета, первоначальный вариант отпадает, остается только этот, учитывая, что Егор уже дома.

— Ну и куда вы меня привезли? — брезгливо оглядываюсь на пятиэтажку. — Что это за барак? — какая-то секунда и на лице Лукьянова появляется улыбка.