Блондинка и брюнетка в поисках приключений

Однако загадочно помолчав, он добавил: – Слово «вернулись» в данном контексте не употребляется. Я бы сказал, что видел, как вас вернули в отель.

Проглотив возмутительную фамильярность, Мира умоляюще на него взглянула.

– И как это было? Кто нас, как вы выражаетесь, вернул?

– Два симпатичных джентльмена, – невозмутимо ответил портье, – один русоволосый, в твидовом пиджаке, другой темненький. Они извинились передо мной и сказали, что нашли вас в одном из ночных баров. Вам стало плохо, но вы сумели пробормотать название своего отеля. Джентльмены были так любезны, что погрузили вас в такси и доставили сюда.

У меня упало сердце. У меня и раньше были поводы задуматься о безграничности мужской подлости, но все же до этого самого момента мужчины, по крайней мере, не исчезали из моей жизни столь скоропостижно. И никто из них не прихватывал с собой мои туфли.

– А в чем мы были одеты? – упавшим голосом спросила я.

Портье удивился – впервые за весь наш разговор.

– Мисс даже не помнят, в чем они отправились на вечернюю прогулку? На вас были джинсы и свитера… Единственное, что показалось мне странным… Мисс обе были босиком.

Потеряли где-то туфли, да?

* * *Несмотря на то что наши головы были переполнены самыми разными дополнительными вопросами и хлесткими взаимными обвинениями, мы, не сговариваясь, решили забыть об этой истории. В голове не укладывалось, зачем потомственным аристократам было опускаться до унизительного воровства и зачем было рисковать, подсыпая в наше шампанское клофелин. Самым главным было то, что наши убытки составляли: а) два вечерних платья из последней коллекции «Эскада» стоимостью в несколько тысяч евро; б) две пары вечерних босоножек; в) грошовые сумочки, в каждой из которых валялось по несколько пятидесятифунтовых бумажек.

Ну и, конечно, хорошее настроение и вера в мужское благородство, которая, как нам тогда искренне казалось, была утрачена нами навсегда.

Некоторая ясность была внесена в наше печальное приключение только через несколько дней.

Единственный положительный момент произошедшего заключался в том, что Мира больше не кривила рот, когда я отпрашивалась в магазины. «Лучше уж самим покупать себе вещи, – вздыхая, говорила она, – чем пытаться разыскать английских аристократов, которые распахнут перед нами свои души и свои кошельки.

Дешевле выйдет».

И вот после очередного посещения легендарного универмага «Хэрродс» мы услаждали себя клубничным кофе в «Старбаксе». Я перекатывала языком нежную мякоть трюфельного торта, когда Мира вдруг закричала так, что все остальные посетители кафе сначала испуганно на нас обернулись, а потом недовольно отодвинулись подальше, загремев стульями.

– Ты сошла с ума? – изумилась я.