Боец 2. Лихие 90-е

Думаю, он сам все прекрасно знает, раз говорит за его здоровье не переживать. И, глядя на меня, Игнат наверняка уже считал в голове бабки, которые позволят ему в столь непростое время продержаться на плаву. Переубеждать его было бы глупо, в боях действительно гуляли неприлично большие бабки, многие бойцы за пятнадцать минут зарабатывали столько, сколько работяги на заводе — за пару лет. Да и не имел я никакого права переубеждать пацана. Взглянул на остальных борцов, одиннадцать крепких ребят. Такие знакомства нет-нет, да пригодятся.

— Не вопрос, чем смогу, — я пожал плечами. — Пусть у тебя рука восстанавливается, а я как смогу, загляну.

— Спасибо, брат, по любому вопросу обращайся… только это, с каратистами лучше не связывайся, они нас на бабки кинули, — пояснил Игнат.

Кто кого кинул и при каком раскладе, я уточнять не стал. Если честно — по хрену. Но с Игнатом мы пожали руки.

— Идешь, Боец? — позвал меня Танк.

Боксеры уже обулись, надели майки и стояли в проходе. Времени в «Динамо» мы действительно потратили уйму. Пора было возвращаться в зал и докладывать тренеру о результатах сегодняшнего испытания.

— Иду, — ответил я.

Подловив меня на крыльце, Танк проговорил:

— А я думал, этот парень, Игнат, что ли, тебе за свою руку еще предъявит. Смотрю, разговариваете. А он ничего, с понятиями, — ухмыльнулся он.

— Спортсмен все-таки, — соглашаясь, кивнул я.

Танк хлопнул меня по плечу, как будто мы с ним уже выиграли свой главный бой.

Глава 19

Встреча с тренером выдалась малость напряжённой. Владимир Степаныч собрал нас в зале и, прямо сказать, в штыки воспринял те новости, которые мы ему принесли. Внимательно выслушал наши слова, построив нас в ряд у ринга, а теперь ходил туда-сюда, сцепив руки за спиной и покачивая головой.

— Ещё раз для тупых, — переспросил он. — Вы говорите, что Боец, Танк и Шиза — та троица, которая дальше прошла?

Мы молчали. Спрашивал Степаныч вот уже третий раз подряд. Первый раз я ответил, потом Танк, ну а теперь просто кивнули.

— И прошли они потому, что Шиза пропустил пять проходов в ноги, Танк — семь, а с тобой, Боец, отказались бороться? Верно понимаю?

— Все верно, Владимир Степаныч, — заявил Шиза. — На очко присели, когда Боец их самого здорового нахрен сломал. Боец-то, оказывается, самбист.

— Самбист, говоришь? — тренер переключил внимание на меня.

— Да так, — я плечами пожал. — Чисто по мелочи, было дело — в армии у инструктора фишки подсмотрел.

— Хорошо… — Степаныч прищурился и забавно так зашевелил усами."

"Правда, это только выглядело забавно. Всякий раз, когда он так делал, хорошего ждать ничего не стоило.