Боец 3. Лихие 90-е

"

"Степаныч умело наложил жгут на левую ногу молодого смуглого парня, действительно чем-то похожего на цыгана, хотя черт его знает — Ростов такой город, где какого только народа нет… Правда сейчас, даже в сумерках, видно было, что смуглость раненого странная, это смуглая бледность, он, похоже, в самом деле потерял много крови, правда ранение, по словам Степаныча, было сквозное, пуля улетела куда-то дальше, черт знает куда — и это уже неплохо. Если не будет заражения, то жизни и даже здоровью ничего угрожать не будет.

— Рану, конечно, я продезинфицировал, — сообщил Степаныч. — Но… хорошо бы под наблюдение врача, и так дальше…

— Ладно, по месту решим, — сказал Демид. — Главное, доехать! А что там легкораненый?

Легкораненому пуля чиркнула по руке повыше локтя — ну, царапина-не царапина, а хорошего немного, хотя и страшного ничего нет. В отличие от сдержанного Кости, этот раненый беспрерывно плевался и матерился, переживая шок от боли и стресса, будучи, видно, по натуре, типом достаточно нервным.

Степанычу пришлось прикрикнуть на него:

— А ну, заткнись! Уши вянут. Ты чего, баба, что ли? Часом не обоссался в штаны?

Тот сразу забормотал с достоинством:

— Да ты что, Степаныч? Ладно, это я так… ничего…

И правда, затих.

Было уже совсем темно, подул ветер, неся неясные запахи южных лесов. Когда перевязки закончились (и я не упустил случай смазать зеленкой ободранные места), народ более или менее отошел от пережитого, Демид распорядился трогаться. Теперь джип возглавил колонну, я следом, за мной остальные. Ехали не быстро, наш мотор стал катастрофически перегреваться, похоже, радиатор вытек почти весь. Пришлось включать аварийку и тормозиться.

— Облом, братва, — сказал я. — Не дотянем.

Нашелся трос, зацепили нас за «Паджеро», потащили с заглушенным мотором. Но зажигание я включил, включил освещение — аккумулятор теперь нечего было жалеть, мы ехали в тишине с постепенно ослабевающей подсветкой шкалы приборов — мне видно было, как она тускнеет. Ехали молча, и каждый из нас, наверное, думал о том, что с нами едет мертвый Толян, еще час назад живой, полный сил, и вот как так судьба взяла и рассекла нас на живых и мертвых, легко, в один миг. И что ждет дальше каждого из нас?..

Ну не знаю, быть может, таких мыслей и не было, но каждый молчал, как бы боясь говорить в компании мертвеца. Так молча и доехали до моста. Свернули на проселочную дорогу на крутом берегу реки, Демид распорядился сделать то, что я имел в виду: двух покойников посадили в битую машину, после чего Демид даже произнес небольшую панихиду:

— Прощайте, пацаны! Вы погибли в бою, как настоящие мужчины! Мы вас никогда не забудем, семьи поддержим… — и так далее.

У меня было такое ощущение, что говорил он это не столько для того чтобы честь отдать.